Евгений Самойлов

Хоть раз помолись обо мне как о пище, пока я еще в пути,
Смотрю из окна на таксистов и нищих, и сердце стучит внутри,
Пока я целую экран телефона, сжимаю с душой кольцо.
Молись за меня, и быть может, я вскоре увижу твое лицо.

нна Гольц-Хохлова
В воздухе не было ни табака, ни лука.
Люди в домах содрогались от каждого стука,
Дождь поливал цветы и топил в траншеях.
Город в промокшей листве уже был по шею.
Только народ не пытался выжить, многие не пытались,
Транспорт в метровых лужах сливался в танец,
И заглушал тревожные крики чаек.
Ради кого все это? Как его величают?

Я шел босой, а люди смотрели вослед мне косо,
Дым сигарет потихоньку вливался в воздух
И растворялся в нем в считанные минуты.
Где-то вдали уже слышался запах лука,
… показать весь текст …

Если был бы у дальних дорог запах дома, а в небе — Бог,
Я не видел в пути бы снов, и не знал нецензурных слов.

Если есть на планете свет, он, должно быть, вдали от всех,
Спит в каком-нибудь там селе, в отсыревшем углу сеней.

Но когда горько плачет мать, свет накроет её кровать,
И крадется исподтишка, дабы снова ей помешать.

Собственно, этот мир ты будешь описывать на ночь детям.
Убереги их от сплетен, грома и буйного ветра.
Слушай их, глядя в выпуклые глаза.

Что может быть коварней, скажи, на свете
Чем убежать за две тысячи километров,
И не вернуться уже никогда назад?

Поезд поедет в небо. В самую глубь него.
Звезды там напиваются каждый вторник.
Страх тебя одолел и в горле немеет ком,
А цвет лица такой, будто ты — покойник.
Завтра мы будем дома считать выходные дни.
В городе, где не любят горячий кофе.
Боже, прошу, дай минуту пока мы одни,
Чтобы он взглядом съел этот гордый профиль.
Дом мой, не будь пустым и не верь чужим,
Не открывай дверей даже для знакомых.
Поезд везет нас вверх, в небе он кружит,
И с высоты пахнут ландыши по-иному.

А дождь топил, топил пороги,
И под ногами плыл асфальт.
Слова в толпе теряли слоги,
В глазах людей смеялся май.
Дождь заливал их звездолеты,
Стекал по крышам на авто.
И кружка тыквенного меда
Смотрела, бедная, в окно.
А дождь топил, топил дороги,
И растворялся пепел в нем.
Так на детей кричали Боги,
За то, что те не спали днем.
Дождь провожал меня до дома,
И заводил в сырой подъезд:
… показать весь текст …

Стихи догорают в печке, открыты все окна и двери,
Сын вышел с собакой к речке и тихо сопит Апрель.
Пусть Солнце его подлечит и добрые добрые звери
Покажут куда бесконечный их всех поведет тоннель.

Пусть Солнце ему даст имя, которого я не знала,
Пусть беды проходят мимо и слышится смеха залп,
И в этом лесу красивом звезда ему будет знаком,
И если исчезнут силы, чтобы громко меня позвал.

Здесь нет бирюзовых веток, свисающих надо лбами,
И птицы сидят по клеткам, и редко когда в руках.
Сын может хранить секреты и не шевелить губами,
Когда он поет куплет из кинофильма о трех Богах.
… показать весь текст …

Миллионы детей не приходят домой со школы, и никто ведь не знает как это предупредить. Их родители не находят потом покоя, и надеются, что какая-то будет нить. Трут сырые глаза и пытаются спрятать горечь, у окна целый день караулят и сторожат. И пропал аппетит, ничего от себя не скроешь. И куда же им деться, куда им теперь бежать? Эти дети вчера сидели на остановке, и казалось, что они рядом, что где-то тут. Эти дети вчера кормили зайчат морковкой, а сегодня их ищут миром, и не найдут. Я хотела бы знать, для кого они пишут строки, или может другие привычки у них взялись. Кто уехал в Китай? Кто стал выбритым и высоким? Кто строитель, а кто боксер или фигурист? И вернутся ли эти люди вообще обратно? О пропавших, я знаю, много не говорят. Но родители ждут, держат крепко платок помятый, и квадратное фото целуют и теребят.

Самолет взлетит через двадцать-тридцать минут.
Она поправляет очки, сынок достает еду,
И прячет лицо под шапочкой от стеснения.
На той стороне Земли, говорят, не пьют,
Женщины варят зелья, и много шьют.
Там отдыхают только по воскресеньям.

Мальчик поднял глаза и глядит вокруг:
Уборщица в сапогах, зал похож на круг,
А за стеклом написан дождь акварелью.
Мама внушила ему, что их встретит юг,
Что это их хороший и старый друг…
И он, конечно, в это как в сказку верил.

Вот ты проснулся, и с комнатой слился ветер.
В детской постели горит и пылает плед…
С лет четырех я терпеть не могу сигареты.
В целом, пожар хуже всяких насущных бед.
Ты не спеши. Вспомни, где все ключи и двери,
Скинь с себя вещи и направляйся вниз.
Скоро пожар обернет этот дом в пещеру,
И разобьется вдребезги старый карниз.
Выйди во двор, мир сегодня опять в обиде:
Чёрная кошка легла пузом на крыльцо.
И хоть меня ты не часто весёлой видел,
Мы с тобой близнецы — на одно лицо.