Куда бы ни шла — возвращаюсь всё той же дорогой,
и знаю, что это тупик, и не выйти на свет.
Безмолвно пытаюсь просить я прощенья у Бога
за неизлечимый годами навязчивый бред.
Хранимое мной — потеряло давно актуальность,
протерлось до дыр, обесцветилось до седины,
а я всё пытаюсь придать этой форме бескрайность,
не видя, что рядом всего лишь четыре стены.
Казалось бы, жизнь разложила реальность по полкам.
И нет ни ключей к тем дверям и ни тропки назад,
но в сердце застряло невидимым острым осколком
цветущее время и ласковых слов аромат.
