Александр Меркулов

— Просто радуйся жизни и… всё.
— А что такое жизнь?
— Именно то, что в эту минуту происходит.

Любить, терзать, впадать в отчаянье.
Страдать от признака бесчестья
И принимать за окончание
Начала тайное предвестье.

Утратить волю, падать, каяться,
Решаться на самоубийство,
Играть ва-банк, как полагается
При одаренности артиста.

Но, перекраивая наново
Все театральные каноны,
Вдруг дать перед финалом занавес
И пасть в объятья Дездемоны.

Впереди колонн
Я летел в боях,
Я сам нащупывал цель,
Я железный слон,
И ярость моя
Глядит в смотровую щель.

Я шел как гром,
Как перст судьбы,
Я шел, поднимая прах,
И автострады
Кровавый бинт
Наматывался на трак.
… показать весь текст …

20 июня День Отцов. Точнее, День пап. Я не люблю слова «мать» и «отец». Слово «мать» у меня сразу ассоциируется с суровой, грозной теткой с плаката «Родина-мать зовет!», а «отец» — с секретарем парткома или нравоучительным дедом в трамвае. Те, без которых не было бы меня и кто продолжает вести меня по жизни даже из другого измерения, это мама и папа, другого обозначения для них нет.
Папа… Стоит произнести это слово — и уже устроилась перед папой на самодельном велосипедном сиденье и несешься на…
… показать весь текст …

Юмор — последний оплот свободы, последний шаг отступления. Утратить его — значит сдаться. Сохранить — перейти в наступление. Сказать остроумно — уже выжить, уже спастись. Наше просторечие хорошо выражает остроумие как действие именно военное, вроде рукопашной: срезал, снял, убрал…

Нам за честность могут простить практически все, и, скажем, недостаточно профессиональную игру, и даже недостаточно профессиональные стихи. Этому есть масса примеров. Но когда пропадает честность- уже ничего не прощают.

Многие слышали эту историю, когда НКВД приехало к маршалу Буденному на дачу арестовывать его, тот выставил в окно пулемет и крикнул, что будет отстреливаться до последнего патрона.
Чекисты не решились штурмовать дачу и доложили Сталину. Тот подумал и отменил приказ об аресте.
Но не все знают, что Буденный, узнав что его имя в расстрельных списках, успел переправить младшего внука в США.
Для конспирации внуку изменили одну букву в фамилии на «Bidenny», вместо «Budenny». А уж в Америке его фамилия вообще сократилась до «Biden».

Одно, словно кем-то встревоженный гром,
С дыханием жизни врывается в дом,
Смеётся, у горла трепещет,
И кружится, и рукоплещет.

Другое, в полночной родясь тишине,
Не знаю откуда крадётся ко мне,
Из зеркала смотрит пустого,
И что-то бормочет сурово.

А есть и такие: средь белого дня,
Как будто почти что не видя меня,
Струятся по белой бумаге,
Как чистый источник в овраге.
… показать весь текст …

Пришла на прием женщина…
Записываю… Спрашиваю, сколько ей полных лет. Она лезет в телефон, считает на калькуляторе и отвечает.
— Вы что, не помните сколько вам лет…
— Нет, а вы…
— Помню.
— А зачем…
Вот теперь думаю, а реально, зачем…
Из головы не идет…

-На войне узнаешь людей по-настоящему. Мне теперь это ясно. Она — как лакмусовая бумажка, как проявитель какой-то особенный. Валега вот читает по складам, в делении путается, не знает, сколько семью восемь, и спроси его, что такое социализм или родина, он, ей-богу ж, толком не объяснит: слишком для него трудно определяемые словами понятия. Но за эту родину — за меня, Игоря, за товарищей своих по полку, за свою покосившуюся хибарку где-то на Алтае — он будет драться до последнего патрона.
-На во…
… показать весь текст …