Александр Меркулов

Первый крик. Первый зуб. Первый шаг.
Первый смех. Первый плач. Первый страх.
Первый друг. Первый враг. Первый жар.
Первый класс. Первый шок. Первый крах.

Первый мяч. Первый спор. Первый гол.
Драка первая. Первая кровь.
Первый взгляд на неё. Первый кол.
Рифма первая к слову «любовь».

Первый твой поцелуй у дверей.
Первый влитый в себя алкоголь.
Первый секс. Первый курс. Первый бред.
Горе первое. Первая боль.
… показать весь текст …

Жизнь — это пьеса, которую не отрепетировать. Поэтому пойте, плачьте, танцуйте, смейтесь и живите на полную катушку до тех пор, пока не упадёт занавес и сцена не закончится, без всяких аплодисментов.

Всё б глаз не отрывать от города Петрова,
гармонию читать во всех его чертах
и думать: вот гранит, а дышит, как природа…
Да надобно домой. Перрон. Подъезд. Чердак.

Былая жизнь моя — предгорье сих ступеней.
Как улица стара, где жили повара.
Развязно юн пред ней пригожий дом столетний.
Светает, а луна трудов не прервала.

Как велика луна вблизи окна. Мы сами
затеяли жильё вблизи небесных недр.
Попробуем продлить привал судьбы в мансарде:
ведь выше — только глушь, где нас с тобою нет.
… показать весь текст …

Прошлое похоже на пальто в которое мы кутаемся когда мерзнем. И соткано оно из какой- то вечной материи.

…Я не зову к покою или спячке,
Я сам люблю дыхание грозы,
Но жизнь есть жизнь, а не бега, не скачки,
И в жизни добывают не призы…

Ты слышишь печальный напев кабестана?
Не слышишь? Ну что ж — не беда…
Уходят из гавани Дети Тумана,
Уходят. Надолго? Куда?

Ты слышишь, как чайка рыдает и плачет,
Свинцовую зыбь бороздя-
Скрываются строгие черные мачты
За серой завесой дождя…

В предутренний ветер, в ненастное море,
Где белая пена бурлит.
Спокойные люди в неясные зори
Уводят свои корабли.
… показать весь текст …

Будет чудесно, сейчас хорошо,
Состояние медитации.
Не стоит твердить, что мой поезд ушёл,
Я же начальник станции.

Жук лежал на спине и не двигался. Мальчик осторожно тронул его лопаткой.

— Деда, а ты тоже умрёшь?

Он посмотрел на старика, сидевшего с ним рядом.
Тот помолчал немного, но подумав, что кто-то должен обьяснить внуку, ответил.

— Умру, Егорка. Когда-нибудь все умирают. Вот только дождусь, когда ты вырастешь и умру.

— А приходить будешь? — мальчик ожидающе посмотрел.

— Как же я буду приходить, если меня похоронят? — засмеялся дед.

— Как это похоронят? — удивился Егорка.
… показать весь текст …

Я был на третьем курсе ЛГУ. Зашел по делу к Мануйлову. А он как раз принимает экзамены. Сидят первокурсники. На доске указана тема:
«Образ лишнего человека у Пушкина».
Первокурсники строчат. Я беседую с Мануйловым. И вдруг он спрашивает:
- Сколько необходимо времени, чтобы раскрыть эту тему?
- Мне?
- Вам.
- Недели три. А что?
- Так, говорит Мануйлов, — интересно получается. Вам трех недель достаточно. Мне трех лет не хватило бы. А эти дураки за три часа все напишут.

Однажды я поинтересовался у знакомого американца, отчего на День Благодарения принято есть индейку. Тот пояснил мне, что это старинная традиция, когда местные индейцы указали первым переселенцам, кого и что в здешних местах можно есть. А когда собрали первый урожай, новоприбывшие устроили с туземцами совместное пиршество, на котором подавали жареную индейку. Вообще — резать коров было накладно, куры несли яйца, а тучные индейки водились повсюду.

— Можно сказать, — заключил мой американский приятель, — что индейка спасла первопоселенцев от голода.

— М-да, - Умеете вы благодарить…