А в полночь увидишь рядом,
Хоть в самой кромешной тьме, —
То девочку с робким взглядом,
То женщину, всю в зиме.
То птицу(откройте клетку!),
То зверя(охотник, прочь!).
Бывает на свете редко
Такое, как в эту ночь.
Чтоб зрение, как у кошки,
Чтоб в сердце — прилив огня,
Чтоб мог ты все эти крошки
Собрать наконец
в меня.
Думаешь, легко не щурясь, молча, ожидать выстрела,
Когда колотит дрожь, а спину заливает ледяным потом?
Пять, четыре, три,-служивый, ты ведь тоже из рабов чисел?
Носишь крестик, богу молишься, а ходишь на поклон к чёрту.
Ты меня своим аршином лезешь по себе мерить?
Волк не станет по команде, за тарелку щей, лаять.
Небо, из моих зрачков, рычит и скалится седым зверем,
Но оно тебя не видит и не отражает.
Два, один-Огонь!-ты знаешь, твой огонь-ветер.
Он такой же быстрый, но вдобавок обжигает.
Тень, танцуя умирает в белом, не-живом, свете,
Кажется, что падаю, а чувствую что взлетаю.
Там внизу, теперь пустая оболочка. Этот
Нервничает, быстро курит, много суетится.
я держу твою руку… пытаюсь заглянуть в твои глаза… прочитать в них то, что ты не сказала… я слышу твое сдержанное дыхание, чувствую запах твоих волос… я задыхаюсь от восторга, прикасаясь к тебе… мысленно… мысленно, потому что не могу быть сейчас рядом, рядом физически, но не мыслимо… мыслимо я рядом! с тобой! каждый миг я с тобой! мыслимо это или немыслимо!
Порвётся там, где изначально непрочно.
Кто слышал как поют ангелы?
Сквозь запах мяты и дождя, ночью,
Я наблюдал как вниз они падали.
С овчинку небо, там, видать, тесно.
И рай закрыт, и может так статься,
Что раз уж ангелам там нет места,
Тогда и нам нет смысла ввысь рваться.
Они тонули в крике и пламени,
Окрест себя усыпав всё пеплом,
Они ломали крылья о камни,
А небо было глухо и слепо.
И стать святым сегодня ночью несложно.
Но не пристало, мне, язычнику, каяться,
Она целовала его, целовала, раздевшись, под полной луной танцевала,
Глазами искрила, призывно смеялась, и тела его словно ветер касалась.
Любила его, как свободу и кошек, и яркое лето сжимала в ладошках.
Он ей говорил: «Ты на ведьму похожа», она соглашалась: «Немножко, возможно»
И шлепая босо по солнечным лужам, кричала в грозу: «Он мне нужен! Так нужен!»
Меняла рубли на его крупный почерк, под вечер сжималась в уютный клубочек,
Он ей говорил: «Признавайся, ты кошка», она соглаша…