По ком болят твои колокола?
В чьих окнах безвозвратно свет потушен?
И порознь в ночи томятся души
бокалами на краешке стола…
Коснись не осторожно —
упадут…
Но вряд ли ты подумаешь «на счастье.»
Июль застыл страдальческой гримасой,
и греет нож запазаухою Брут…
А мир так светел, тих и невесом…
Ничто не предвещает катастрофы…
Ну, разве что уж слишком чёрен кофе,
разбавленный отнюдь не молоком.