…А Бог молчит. За тяжкий грех,
За то, что в боге усомнились,
Он наказал любовью всех,
Чтоб в муках верить научились

Стояла летняя жара, И Мама жарила котлеты, И я вершил свои дела, Пускал кораблик из газеты, И песня русская лилась, Из репродуктора с прихожей, Не знаю, чья была то власть, но жизнь была на жизнь похожа…

Ты просишь у Бога покоя,
И жаркой молитве вослед
Ты крестишься левой рукою,
Зажав в ней десантный берет.
И с ангельским ликом серьёзным,
Неправый свой крест сотворя,
Вздыхаешь. Под городом Грозным
Осталась десница твоя.
Осталась она не в граните,
Не в бронзе, а просто сгнила…
Стоишь, и твой ангел-хранитель
Стоит за спиной. Без крыла.

.
В одной весьма нечернозёмной области лет с десять тому назад, начал оживать заброшенный монастырь. В руину, расположенную вдали от дорог и селений, вернулись монахи, наладили какое-никакое хозяйство, навесили ворота, заново покрыли крыши и купола, подняли на те купола кресты, и зажили обычной монашеской жизнью. Не так, чтобы очень скоро, но про это узнало окрестное население. И вот, как-то раз, по окончании танцев, местная молодежь решила поехать к монастырю, да и отлупить его насельников. Ск…
… показать весь текст …

Зависть есть беспокойство (неудовольствие) души, вытекающее из того, что желательным нам благом обладает другой человек, которого мы не считаем более нас достойным владеть им.

`
Помню, как мы впервые пили вино, сидя на подоконнике в твоем подъезде.
Влюбленные дети играли во взрослых, клялись, что всегда будем вместе.
В месте, которое нас согревало, по которому я всю жизнь скучаю.
Помню, бабушки с авоськами проходили мимо и что-то бурчали.
Мы были пьяные — после,
самоуверенные — вначале.
В начале восьмидесятых
казалось, что мы счастливее всех живущих вместе взятых.
Помню трогательный мальчишеский силуэт в оконной раме.
Родители ругали нас вечерами,
но всё впустую.

В пустую
… показать весь текст …

Когда она пела, муж выбегал во двор,
чтобы соседи не подумали, что он её бьёт.
&

`
Огромные глаза, как у нарядной куклы,
Раскрыты широко. Под стрелами ресниц,
Доверчиво-ясны и правильно округлы,
Мерцают ободки младенческих зениц.
На что она глядит? И чем необычаен
И сельский этот дом, и сад, и огород,
Где, наклонясь к кустам, хлопочет их хозяин,
И что-то, вяжет там, и режет, и поет?
Два тощих петуха дерутся на заборе,
Шершавый хмель ползет по столбику крыльца.
А девочка глядит. И в этом чистом взоре
Отображен весь мир до самого конца.
Он, этот дивный мир, поистине впервые
… показать весь текст …

Каждый час, посвященный ненависти, — вечность, отнятая у любви.

А после сказки будет быль: вернутся в гавань корабли, и будут ворохом в пыли лежать доспехи. Уйдут драконы на покой, и будет где-то далеко смеяться свергнутый король зловещим смехом.
Палач повесит свой топор на стенку в тёмный коридор, про боль, саднящую от шпор забудут кони. Поля, где шёл кровавый бой, всех павших спрячут под травой. Меч будет спрятан за трубой в углу балкона.
Она повяжет дочке бант и спрячет древний фолиант в старинный дедушкин сервант. Затянет песню.
И нити музыкальных фраз сплетутся в полотно-рассказ о том, что каждая из нас была принцессой.