Свой

В маршрутке женщину зажали с двух сторон,
А всё равно все мысли в телефоне,
В руке, поднятой вверх, светился он,
Сейчас доступен он и гегемонен.

По ходу вывески меняются в окне,
Где раньше «хлеб», теперь читаем — «холдинг»,
А женщина всё та же — конь в огне.
Лицо подсвечено — брюлловский полдень.

И рядом пассажир, прижатый к ней,
К искусству прикоснулся — сердце радо,
Сомлел в игре от света и теней,
Он тот ещё художник-виноградарь.
… показать весь текст …

Люсь, ты не спишь, и я не сплю,
Ты помнишь Волкова Илью?
Не отключайся, я налью
И снова здесь я.
Он пригласил меня домой,
Сказал, что угостит долмой,
Хинкали, пхали, чахортмой, —
В субботу в десять.
.
Я собиралась пять часов,
Я так накрасила лицо —
Ну прям, Василий Васнецов,
Царевна- Лебл ядь!
Надела лучшие трусы,
… показать весь текст …

Когда ни с кем нет силы говорить,
Держусь за нить, которой шьют событья.
Но если вдруг решусь заговорить я,
Слова петлёй затянут эту нить.

Швея моя, судьба моя, порой
Ты колешь в кровь, презрев металл напёрстка.
Твой крой неуловимый меловой
Намечен, чтобы резать по живой
Материи, уверенно и жёстко.

Предчувствуя на ощупь прочность шва
Порочности и чистоты на грани,
Ты отсекаешь тьмы излишней ткани.
… показать весь текст …

Саид головою торчит в песках,
Аллаху Саид твердит:
«Ты знаешь, такая внутри тоска,
Что местью мой мозг кипит.»

Аллах обдувает Саиду пот
И сушит в гадюках яд.
Но Сухов пустыней уже идёт,
А, значит, кино продлят.

У Наполеона бардак в душе
И сыплет собачий снег.
Он так обрусел и обрюзг уже,
Что к чёрту — в La France — камбэк.
… показать весь текст …

Каких же слов достойна твоя нежность???
Когда душа, как бабочка порхает,
И с каждым взмахом всё ясней безбрежность
Того, что нас с тобой объединяет.
Что остаётся в каждой клетке тела,
В объятьях рук, в порывах нашей страсти,
И в счастье не имеющем предела,
Ведь я — в твоей, а ты — в моей лишь власти.
Каких же слов достойна твоя ласка???
Касанье пальцев, губ твоих блаженство,
Твой стон, твой шёпот, что заводит страстно
И очертаний тела совершенство.
Чтоб необузданность стремленья к нирване,
Чтоб…
… показать весь текст …

Мне твои глаза забыть едва ли
У евреек, кто-то мне сказал,
Разве только в древности бывали
Серые, как у тебя, глаза.
Их не затуманить и слезами.
Светлое лицо поднимешь ты,
И не отрывался бы часами
От твоей библейской красоты.
Лёгкою дорогою земною
Я пошёл бы смело за тобой,
Если б не стоял передо мною
Чёткий профиль женщины другой.
Если бы и до сих пор не верил
Что тебя в один счастливый час
… показать весь текст …

Гоголь — вой
по отчаянно мёртвым душам.
Голь,
что согнана на убой.
Гоголь бой,
за которым не будет лучше.
Боль
меж Киевом и Москвой.

Гоголь Вий.
Полуостров. Границы. Реки.
Гоголь мой
и, конечно же, Гоголь твiй.
Опустите стволы.
… показать весь текст …

Гумилёв, не глумитесь над смертью. Я не глупа.
Покурить? Я не против. Стрельните мне у стрелков.
Это место ужасно. К нему зарастёт тропа.
Что ж, не всем светит Чёрная речка и Петергоф.

Я красивая с вами, хотя я страшней войны.
Говорят, что костлява. Вдобавок ещё коса.
Мне приятно, что вы благородно со мной на вы.
Улыбаетесь искренне, не отводя глаза.

Я бываю нелепа, внезапна, легка, добра.
Но поверьте, мой милый, меня убивает быт.
Вот идёшь, словно мусор выбрасывать из ведра,
А вокруг завывают…
… показать весь текст …

Королева стареет. Да и мы не бессмертны, брат.
Мы, болтаясь на реях, пересмотрим морской закат.
Наш корабль перегружен. Каждый третий моряк угрюм.
Мы сбежали из тюрем, угодив в неуютный трюм.

Королева не хочет до полночи писать указ.
Ей значительно проще, ткнув перстом, указать на нас:
«Это что за такие и сякие приваты тут?
Вот им мили морские да и пусть от меня плывут!»

Мы откроем Фолкленды и порвём на британский флаг.
Мы добавим во френды даже тех, кто душою наг.
Но на пушечный выстрел не допустим к себе любви.
Королев по-английски покидают их корабли.
… показать весь текст …

В полумраке избы, что весьма покосилась с годами,
На краю у опушки когда-то большого села
Одинокий старик собирался встречаться с богами
На последней версте той тропы, что по жизни вела.
Пел за печкой сверчок монотонную грустную песню,
Лунный свет проникал через ставни размытым лучом.
И один за другим пред внутренним взором воскресли
Лики разных людей, кто с нуждою захаживал в дом.

В жизни — добрый кузнец, для людей он служил cвою службу,
Извлекая из горна металл для ножей и серпов,
Для ремесле…
… показать весь текст …