Скучно мне! И взор кидаю
Я на прошлое с тоской;
Лучше мир был! И дружнее
Жили люди меж собой…
А теперь… несносно, вяло,
Словно вымер целый свет.
В небесах не стало бога,
Но и чёрта больше нет.
Всё так мрачно… отовсюду
Веет холодом могил;
И не будь любви немножко,
Право, жить не стало б сил!..

На перронах расходятся поезда,
В придорожном кафе запах мяты.
Одно слово есть страшное «никогда»,
Рядом с ним всегда два виноваты.

Проводник проверяет помятый билет,
Ты молчишь. Я не смею признаться,
Нет такого пути, чтобы выхода нет,
Или чтобы один лишь — расстаться.

Мелкий дождь размывает тебя за окном.
Проводник. Чемодан. Боковушка.
Мои мысли сейчас только лишь об одном:
Как попали мы в эту ловушку.

Воспоминание o навсегда утраченном — мысль со вкусом слезы.

Так интересно… внутри меня библиотеки.
Именно библиотеки. Город из библиотек…
Но ручками обнял Мой маленький человек
И все эти здания топят беззвучные реки,
Бурным потоком смывая слова и таблицы-
Всё что учила, читала, хранила и знала…
Господи, Мой человек меня поцеловала!
Город заполнило сердца большая страница
Где только имя её калиграфически бьётся.
«Ты моя лапочка, нежность моя,
моё солнце…»
Больше нет слов, только глупо смеюсь и целую
«Пойдём, человек Мой, я домик тебе нарисую».

Самая сильная муза- боль,
Самые верные рифмы глагольны.
На метастазы не сыпят соль,
Мертвый солдат не услышит «вольно».
Этих метафор имея сундук
На чердаке обезумевшей крыши
Я выпускаю себя из рук,
Бьюсь и кричу, но никто не слышит.
Темная муза всегда со мной
Либо под кожей, либо поглубже.
Сильная, верная муза Боль
Через стихи выползает наружу.

…а однажды мы сядем с тобой говорить за жизнь,
Потому что друг другу захочется рассказать,
Что давно перешло дыханье в щадящий режим
И не ищет усталое сердце путей назад,
Но едва лишь на мир прольётся дождём покой,
Снова память вернёт к перекрёстку из трёх дорог:
«Ты одна у меня и нету другой такой,
Потому что другую такую не выдумал Бог!»
Мимо нас проплывут небесные корабли,
Но уже ничего невозможно в судьбе менять:
Все другие когда-то исчезнут с лица земли —
Ты один навсегда останешься у меня…

У меня для тебя ещё столько внутри огня!
У меня для тебя ещё столько живых сил,
Только б ты никогда-никогда не забыл меня,
Только б ты никогда-никогда меня не забыл!
Не грустил, не курил, проклиная тот день и час,
Когда я на беду появилась в твоей судьбе:
Было время, и мир на ладонях лежал у нас,
Было время, и я шептала «люблю» тебе,
А потом наступили новые времена,
И растаяли даже отзвуки наших имён.
Ты теперь совсем не один, да и я не одна,
Но останется тихая нежность от тех времён.
Мой придуманный, пусть безболезненно и легко
Вспомнишь как-нибудь поздней осенью обо мне.
… показать весь текст …

…не рядом, но принадлежать,
расстаться, но не расходиться:
склоняй судьбу по падежам,
не изменяя суть по лицам,
читай в единственном числе,
пиши с заглавной буквы имя,
ищи давно пропавший след,
затерянный между иными,
смотри в глаза сейчас и здесь —
подумаешь, что скажут люди! -
люби такой, какая есть —
другой не будет…

Прислушиваюсь к лету, а оно
Затихло, затаилось, присмирело —
Ему теперь нет никакого дела
До волн сиреневых, шумящих под окном
Всё явственней, отчаянней, смелее,
И пятилистником на языке —
любовь…
Я, знаешь, всё ещё тобой болею,
А выздоравливаю —
не тобой…

чем тише горькое «прощай»,
тем легче веришь,
как будто тесное в плечах
пальтишко меришь;
сердечный сбой — валокордин
тебе помощник,
чем дольше в осени один,
тем лучше — проще;
маршрут знакомый — листопад,
а там зима и —
молчишь, вздыхаешь невпопад —
я знаю, знаю…