Обнажаюсь до сердца, мой Мастер… мой светлый Гений…
И снимая побуквенно кожицу с первых глав,
прихожу к тебе Женщиной… Музой.
отнюдь не Ведьмой,
коронованной адом у Воланда на балах.
Не боюсь Сатаны…
У влюблённых иные страхи.
Мне страшнее утратить хоть дюйм твоего тепла.
Расстегнув лихорадочно ворот мужской рубахи
на груди у Любимого, просто сгореть дотла.
…
Только ты напряжён…
Всё твердишь: «За окном стреляют…»
И стекаются толпы к подножью своих Голгоф.