Я знаю, что тобой переболею…
Не буду вздрагивать от каждого звонка…
Быть может год пройдет, а может быть неделя…
И я пойму как ниточка тонка…
Я знаю, что тобой перетоскую…
И оживу надеждой по весне…
Что не влюблюсь, как прежде, я, вслепую…
И не позволю больно сделать мне…

Трансформация любви: сначала ты хочешь назвать Его именем сына, затем кота, в итоге выбираешь хомячка… мол, сдохнет — так не жалко…

Сложно бросить, когда не бросается… Сложно потерять, когда не теряется… Сложно уйти из жизни человека, когда уходить совсем не хочется… Сложно верить после обмана… Сложно быть вместе зная, что ничего из этого не получится…

Если любовь — это брать, не даря взамен,
Жить в ожидании лжи, пересуд, измен,
Ставить пароли на ящики и звонки,
Не ощущать под ладонью твоей руки,
В бедах во всех лишь тебя одного виня…

Нет, извините. Пробуйте без меня.

Мы становимся циниками чтобы окружающие не заметили как в нашей душе незаметно и тихо умирает ребенок. Неотвратимо. Каждый день.

Подарите маску безразличия,
я устала клясться на крови.
Соблюдаю чертовы приличия
в чем угодно — только не в любви.
В чем угодно — только не в касании,
где мурашки током под рукав…
Я умею жить на расстоянии.
Я умею. Аномальный сплав:
Ненависть граничит с острой нежностью,
знаю все «нельзя» наперечет.
Мне б сейчас спросить тебя с небрежностью:
«Что тебе не нравится еще?»
Ампутировать, забыть, стереть из памяти…
Сам-то пробовал? Поди еще сотри.
… показать весь текст …

Коротко о себе:
Не жду, не прошу, не оглядываюсь, не навязываюсь, в душу не пускаю, «что скажут люди» не признаю, проблемы решаю по мере их поступления, ухожу без истерик и объяснений…

Дыханием одним могли б дышать.
Могли бы быть единым целым.
Но кем-то установлены пределы,
Мешающие рядом нам стоять…
И даже если хочешь ты… и я б хотела…

Чертово лето, дурное, проклятое,
Самое худшее за всю мою жизнь,
Как тебя до сих пор носит земля-то, э?..
Сколько же можно, прошу, завершись!

Много ли бед, огорчений и горести
Ты в перспективе еще принесешь?..
Горе не вечно, предел у него есть и,
Да неужели же это не всё?

Взять бы тебя и с жарой, околесицей,
Выкинуть, вырвать из календаря.
Вычеркнуть к черту! Соседние месяцы
С шумом вздохнут и отблагодарят.
… показать весь текст …

а пока ты там тешишь стены своим присутствием, ходишь вечером по прокуренному асфальту, я учу перевод словечек, ну типа, «унция» или «как мне тебя забыть», или «сделать сальто». я читаю о том, что есть что-то выше разума, ну любовь, например, — такая литература убеждает меня, что я, хоть не вижу глазом, а всё жду тебя, как студенточка — перекура

пока ты отвечаешь весело и нечаянно, так, что девочки храбро просят с тобой водиться, я смотрю на себя, отравленную молчанием, — кто подумал бы, что в таких умирают птицы?
кто подумал бы, что смешливость с непринужденностью — не свобода, а так, детали другой машины. сбитый летчик устал бороться, уже не ждет вестей. люди, знаешь, порой скорбят, что остались живы.

и такая внутри прохладность распостраняется, что ужиться с ней может то лишь, что крайне ценно

и пока ты молчишь, мой ясный, мне понимается,
что любовь твоя здесь не стоит уже ни цента.