Вадим Синявский

Самый верховный властитель кажется жалкой букашкой уже с высоты десятиэтажного дома.

Запутавшись, мы любим как попало.

Любой человеческий суд — предпоследний.

Ум в глупом и глупость в умном — это то, что их обоих роднит.

Некоторых «тварей божьих» именно так хочется и называть.

Любовный треугольник обычно вписан в заколдованный круг.

Иногда прощение — единственное, что необходимо перед прощанием.

Мужественность в женщинах легко одерживает верх над женственностью в мужчинах.

Большинство людей, как цепные собаки, вполне довольны жизнью и привязью, если их не бьют и регулярно кормят.

Нередко мы прощаем тех, кто в этом совершенно не нуждается.

Неожиданно сталкивая тебя с потерями и неприятностями, судьба не наказывает, а лишь напоминает, кто настоящий хозяин твоей жизни.

Некоторые способны не только сами себя проспорить, но и сами себя проиграть.

Усталость уже не так оптимистична.

Любопытство — хоть и можно отпускать на длинном поводке, но лучше оставлять на привязи.

Любовный треугольник — это равнобедренная, но неловкая фигура.

Соблюдение правил личной гигиены редко спасают от общей нестерильности.

Нам оставалось только пожениться…

Мы лжем, когда умалчиваем правду.

Двое умных людей всегда виноватым третьего сделают.

Хорошая реакция супругов иногда не позволяет перерасти бытовой ссоре в преступление на бытовой почве.