Таня Черненко

Предательство страшнее казни,
Больнее сотни тысяч ран.
Когда из сплетен, страха, грязи
Всплывает за спиной обман.

И вера в правду умирает,
Убив с надеждой все мечты.
Любовь, как свечка, угасает,
Рисуя пламенем кресты.

Мне научится бы не обращать внимание
На тех, кто ищет в обмане оправдание.
Но так-же хочется всем брехунам сказать:
— Во имя оправдания не нужно лгать!

Кажется, «бабье лето» ушло в загул, решив забрать все теплые деньки с собой куда-то.

Алмазной россыпью рисует дождь картины
Под чувственную музыку ветров.
И в воздухе из листьев серпантины
Малюют сказку из осенних снов.

Кружатся в «бабьем» вальсе паутинки,
Даря прощальное тепло осенних дней.
И падают хрустальные слезинки
Алмазной россыпью загадочных дождей.

Не груби мне, пожалуйста, милый,
И не спорь ты со мной без причины.
Я права, голубь мой сизокрылый,
Что с рогами бывают мужчины.

Ты не веришь? Поверь, это правда,
Посмотри, как прорезались рожки.
Ты вписался в этюд ландшафта,
И не три ты так нервно ладошки.

Не ворчи, я сейчас пошутила,
Это перхоть опала на плечи.
Ну, прости, что немножко смутила,
Только хватит во всем мне перечить!
… показать весь текст …

Большая грудь — не признак высокого интеллекта, но хороша для соблазняющего эффекта.

Если плакать, то — от радости и смеха.
Если болеть, то — взаимной любовью.
Если умирать, то — от счастья.
Если падать, то — только на колени перед родителями, любимым (ой), ребенком.

От христианства до ислама
Звучит молитва лишь одна:
«Пускай живая будет мама
И пусть закончится война».

Ты так красива в листопадном платье,
Танцуя вальс, осенний на пуантах.
Тобой любуюсь и хочу в объятья,
Я нахожусь под магией таланта.

Дожди целуют опавшую листву,
Ласкает ветер локоны из веток,
И ты, как будто поклоняясь божеству,
Танцуешь вальс осенний напоследок.

Любовь, восставшая из пепла,
Как птица Феникс, вдаль парит.
Она — воскресла и окрепла,
Расправив крылья, в мир летит.

На крыльях счастья пролетая,
Заглядывая в каждый дом,
Она кричит: «Любовь живая!
Смотрите, люди, я — кругом!»