Куплю билет, поеду.
Где сядет телефон…
И где я в летних кедах
Покину свой вагон.

До дедовского дома
Ещё пятнадцать вёрст.
Быть может, кто знакомый
Туда б меня подвёз.

Да кто в тебе узнает
Того, каким ты стал?
Тебя и пёс облает,
И сам бы не узнал.

Однако подобрали,
Пусть не по самый дом.
А сам бы ты в печали
Пришёл, да и потом…

Быть может, ночью поздно,
И севший телефон…
А так свезло — серьёзно!
Ещё далече сон.

Здесь ночью как в могиле,
Жилых — домов пятнадцать,
С людьми, что здесь решили
Костлявой дожидаться.

Раскочегарил печку,
Накинул провода,
Уселся на крылечке.
Ну что, сбылась мечта…

Нет, не моя, а деда,
Что я сюда вернусь.
Автобус тут по средам,
Приедет только пусть.

Достал из сумки хавку,
Сварганил кофею.
А завтра в автолавке
Чего-нибудь куплю.

Законопатить чёлн бы,
Висят, не сгнили, сети.
Рыбачить я ушёл бы —
Так радуюсь, как дети.

Стоит ухват уныло,
По чугункам скучает.
Здесь словно всё застыло,
Гостей не привечает.

Припёрся, видишь, внучек,
А сам уже как дед.
Покоя наших ручек
Теперь простынет след.

Да нет, я не надолго,
Я здесь не задержусь.
От ностальгии толку —
Раздуешься как гусь.

Да всё равно всё схлынет,
Но пусть хотя б душе…
От ныне и по ныне,
Но с радостью уже.

Дед мой был ходоком ещё тем. Трактористы в деревне считались завидными женихами.

Дело было уже в старости. В деревню приехал батюшка, и в одном из домов устроили временно дом молитвы. Бабуля стала его упрашивать сходить на покаяние, мол, скоро помирать.
 — Иди сама, мне не в чем каяться…

В итоге она пообещала ему бутылку водки. Пошли. В доме ровным рядком сидели такие же старики, в основном бабули, конечно. Дед решил не дожидаться долго (бабушкам всегда есть о чём поговорить) и, как только к…
… показать весь текст …

Ночь, улица, фонарь — ну нахер…
Я просто вышел покурить.
По трассе пролетел Шумахер,
И снова тишина стоить…

Я привык, что там где сплю — там дом.
Потому, уж лучше я к вам в гости…
С мёрзлыми цветами и тортом —
Приготовьте жареные гвозди.

Ночью шоколад вкуснее,
Потому что дети спят,
И немного легче шее —
Груз ответственности снят.

Восемь станций, пять квитанций,
Совесть — лучший контролёр.
Тю, за шиворот хвататься?
 — Я не заяц, я — бобёр!

 — Я платил по телефону.
 — Предъявите.  — Не могу.
Он, по подлости закону,
Сел — и больше ни гу-гу.

 — Будет станция — сойдёте,
Раз у вас оплаты нет.
Вам не стыдно, что вы врёте?
Ну, купите хоть билет.
… показать весь текст …