Назови своим именем
то, что нельзя
одолеть

Тот не друг, с кем нет разногласий.

Абсолютное молчание, нередко, и совершенно невидимо…

Молчание — золото оправы бриллианта вовремя сказанного слова…

Молчание отвечает эхом…

Молчание обычно неумолкаемой женщины вообще бесценно…

Выскочкам трудны две вещи: молчать и устоять на месте…

— Относитесь к людям лучше, чем они к Вам.
— И что?
— И всё!

Самое сложное и непостижимое в человеке, это его простота.

Общение, это не то, что ты сказал, а то, что услышал.

Пространство несказанного бывает огромнее слов. В глубине его таятся призраки и тени, влияющие на реальность гораздо сильнее сказанного вслух.
Умалчивание — тайное убежище фантазии, взращивающей из безмолвия верных слуг страха и оруженосцев сопротивления.
Нет врага страшнее, чем невидимый. Оттого и не сказанное слово может влиять на другого убийственным способом. Ибо пространство несказанного расширяется фантазией другого до размеров катастрофы. Так формируется травма, как отдельного человека, так и нации.

Правильно сформулированный и вовремя заданный вопрос самому себе, способен творить чудеса. А главное — способен уберечь от ошибок, зависимостей, непонимания других людей и т. д.
Например, вопрос «для чего?» Для чего я это делаю, для чего мне это нужно?
Не менее важно — принять ответ, даже если он тебе не нравится. А он, скорее всего не понравится. Но, принимая своё несовершенство, ты принимаешь уникальность, индивидуальность другого. И через это принятие находишь пути для понимания и сострадания другому.
Никто не плох — каждый реагирует на этот мир своим уникальным способом, чаще всего усвоенным с детства. А как реагировать тебе на эти чужие реакции? Хороший вопрос… Возможно, с него может начаться новая, другая жизнь…

Вокзальная грусть затаилась в глазах,
С глубин закипает слезою,
Тоска поцелуем на губы легла,
Дорога меж нами змеёю.
Блестит на закате дорожная сталь,
Бьёт болью в глаза нестерпимо,
Вокзально-вагонная в душу печаль
Прокралась, заполнила дымом.
Беззвучно вагоны по рельсам скользят,
В груди сердце громче, чем бубен,
Слезою вокзальная грусть на глаза,
Тоскою вагонной на губы.

Не удержался.
Сорвался.
И полетел
Вниз.
Последний
Осенний
Лист.