Ноябрь, ноябрь, ты на кошачьих лапах
Скользнул на новый лист календаря,
Ковёр листвы усилил пряный запах,
Темнеет рано, всё поздней заря.
И не мелькнёт журавль в последнем клине,
Отправившись куда-то за моря,
А на ещё оставшейся рябине
В цвет спелых ягод — грудка снегиря…

Прилетела пушинка, мешает на взмахе ресниц,
и её ты рукой аккуратно пытаешься снять,
а на пальце — снежинка, и с неба опять и опять
полетели вдруг пёрышки белых невидимых птиц…
Первый снег! Он сегодня повсюду с тобой и со мной,
словно осенью время внезапно ускорило бег…
И как будто бы в детстве, мы снова вернулись домой,
закричали с порога: смотрите, пошёл первый снег!

Нет, осень жизни — это не беда,
Кто знает жизнь, тот и меня поймёт:
Кто жил, а не считал свои года,
Кто вдаль смотрел, а не за поворот.
Кто проходил и дальше шёл вперёд,
Когда лил дождь, он раскрывал свой зонт,
Какой бы жизнь ни делала свой ход,
Он всё равно смотрел за горизонт!
Каким бы ни был наш жестокий век,
Мы не уйдём из жизни без следа,
А если рядом близкий человек,
То осень жизни — это не беда!

Скажите, каждый так в себе уверен,
Что никогда ни в чем не лицемерен?
И мысль не вызывает недоверия?
Ярчайший факт прямого лицемерия…

Позади за спиной солнца тёплого струны души,
но все чувства огнём опаляет недавняя дальность.
Там за дверью прохлада, но ты уходить не спеши,
не спеши — подожди, там, как слёзы прольются дожди,
и обнимет и примет другая до боли реальность…

Была нежностью, была горечью,
была белою, была чёрною —
не была зарёй, была полночью —
ненасытною и бездонною…

У деревьев просила смелости,
как кольчугу сплетала листьями,
не хотела банальной серости,
растекаясь по древу мыслями…

Не хотела быть чьей-то совестью,
не хотела быть нежной бабочкой,
и хотела сюжетной повестью,
а не приторно-сладкой сказочкой…

А над городом осень, и такая, как надо —
С ярким золотом листьев, хоть в венок заплетай,
С чистым воздухом звонким в кружевах листопада,
Ты прими это чудо, задержись, помечтай…
Есть у осени свойство ворошить всё былое,
Иногда это сладость, иногда это боль…
Но в такие мгновенья отступает плохое,
Будь к нам ласкова, осень, быть счастливым позволь!

Искала себя в отражениях,
В своих-чужих выражениях,
За стёклами и за окнами
Недели, дождями мокрыми…
И днями, от солнца паркими,
Искала дворами, парками…
Я слышала отзвук — в птицах,
В прохожих случайных лицах,
В деревьях — в ветвях и листьях
И в чьих-то досужих мыслях…
Сквозь время и расстояния
Искала момент узнавания…

Прячь под невидимым явное, мнимое,
зримое прячь, а к нему — ощутимое,
душу сколи невидимкой (не плачь!),
если сумеешь — подальше запрячь!
Прячь под невидимым невыносимое,
нежное прячь, а к нему и ранимое,
стань невидимкой и больше не плачь —
пусть от бессилия плачет палач!

Сегодня настоящий снег лежит!
Хоть он и первый, но идёт — не тает,
И белым всё красиво заметает…
А вот собака — даже не дрожит:
Снег предпочла стремительному бегу
И тоже первому обрадовалась снегу!
Мы смотрим с ней вдвоём куда-то вдаль,
Всё так кругом красиво и нарядно,
И после серых будней так отрадно,
Откуда же какая-то печаль?..
Да… Лёгкая печаль присуща нам,
Когда лишь первый снег на землю ляжет,
И сердце мне ответ сейчас подскажет:
Печаль по тем — ушедшим — временам…