На земле и в небе столько чёрных пятен,
На ветвях деревьев и на скатах крыш,
Снег с кусками грязи мокро-неопрятен,
У окна недолго молча простоишь…

Это лето такое, что хочется плакать от грусти…
Я заплачу дождём — он у нас объективно идёт.
Ностальгия моя от себя никогда не отпустит
И ромашковым полем в ушедшие годы зовёт…
Столько лет пронеслось, пусть не каждое помнится лето,
Но остались в душе и леса, и луга, и поля…
Потеряться бы там — в этом милом до одури «где-то»,
Где высокими травами дышит под ветром земля…

Сумейте видеть красоту
В неяркой гамме чуть размытой,
И в лодке, к берегу прибитой,
Забытой кем-то на посту…
И хищной птицы взмах крыла:
Как грозен вид, но плавное скольженье
Средь белых облаков, и на орла
Уже не посмотреть без восхищенья…
Он камнем падает и жертве не уйти
Ни на земле, ни на песке у брода…
Прости его, читатель мой, прости —
Таким уж создала его природа…

Этот год на разрыв: он рвёт сердце, рвёт нервы, рвёт душу,
Он всё сходит с ума и не может никак перестать…
То из нас для себя он устроит боксёрскую грушу,
То, подвесив за горло, как маятник станет качать.
Этот год ошалел — безнаказанность просто без меры…
Пристрелить бы его, да вот руки, боюсь, коротки,
И слепые устои смешной человеческой веры
От бессилия плачут и воют в сердцах от тоски…

Угнездился страх? — Лютый зверь!
Верь!
Если наглухо чья-то дверь —
Верь!
Если горечь от всех потерь —
Верь!
Если жизнь, словно ад теперь —
Верь!
Если выпито всё до дна,
если поздно придёт весна,
ты апрелем её измерь —
Верь!

Вот и осень прошла — золотая недолгая грусть,
Есть еще пара дней календарной осенней страницы,
Но уже улетели вчера перелетные птицы,
И последнюю песню я помню почти наизусть…

А багрянец листвы что-то шепчет, срываясь с ветвей,
Золотистым ковром устилают дорожки берёзы,
Долгий дождик осенний льёт первые тихие слёзы,
И в далёком июне остался певец-соловей…

Клин недавних друзей отправляется в тихую даль,
Перелётные птицы — они то сюда, то отсюда,
Я сегодня по плану немного печалиться буду,
Ведь на что-то дана человеку такая печаль…

Как этой осенью то холодно, то жарко,
Волшебница, что только не смогла —
Вот клён мне полыхал под солнцем ярко,
А за ночь вдруг разделся догола…
Пошли дожди осенние уныло —
Октябрь отбил законные права,
Но вышло солнце, улыбнувшись мило,
И выросла зелёная трава…
Примчался ветер — разъярённый мальчик,
Срывал с ветвей пожухлые листы,
Но разом стих, увидев одуванчик,
Пробившийся из молодой травы!

Тихим касанием, лёгким движением
Ангел осенний нежность дарил,
Словно поэтов былых вдохновением
Осень ласкал он, осень любил…
Розами сладкими, поздно отцветшими
Только недавно полнился сад…
Летними днями, так скоро ушедшими,
Как в ностальгию тянет назад…

Как наваждение — в душе осенний сплин,
когда тоской, когда лишь грустью ляжет,
и перелётных птиц знакомый клин
об осени тебе привычно скажет…
И волосы под ветром, как вуаль,
печаль в глазах на миг от мира скроют,
а мысли «жаль» или «уже не жаль»
не мучают, но сердцем тихо ноют…

Ах, женщины… Без чёткого названья,
Расплывчатый набор определений,
Особенная каста мирозданья
От сладких од до жутких обвинений.
Характер женщин — притча во языцех,
у каждой по своей одной причине:
То искренность, то театральность в лицах,
То принципы, присущие мужчине.
То сила, что знакома лишь титанам,
То слабость, что потоком слёз прольётся —
В огромном мире, в самых разных странах
Живёт она, что женщиной зовётся.
В ней нежность не растрачена веками,
В ней сладость — ею вволю не напиться,
… показать весь текст …