Верить, что будет лето, сонно включать рассвет. В куртке звенеть монетой, греть по ночам паркет, чтобы не мёрзли ноги в густо-холодной мгле. Рьяно лечить ожоги, боль хоронить в земле. Вдохом касаться ссадин, нежностью —
в каждый шов, тёмно-кофейной прядью падать под капюшон. Музыкой в окна литься, пальцем касаться плеч. Ртом обжигать ключицы. Солнцем затылок жечь. Сны охранять упрямо, будто счастливый пес. Быть нерушимым храмом, в волосы прятать нос. Пульсом играть под кожей, прятаться в рукаве. В каждом искрить прохожем, строками —
в голове. Быть необъятным морем
в каждой из наших встреч.
Можно от бед и горя вечно тебя беречь?

не болей,
пожалуйста,
не болей.
берегись простуды и прячь вино. убегать от света, весны, врачей
да коситься пристально на окно — далеко не выход.
прошу,
не плачь.
у него к тебе ни одной слезы.
оглянись, вокруг миллион задач: отловить звезду под немой язык, перекрасить в желтый бесцветность дней, перестать надеяться на «потом».
если завтра будет ещё больней, то не делай солнце своим врагом. просто пей почаще цветные сны, подставляя небу худую грудь, дожидайся гордости и весны, потому что ей до те…
… показать весь текст …

К чёрту земные беды. Просто давай сбежим. Ноги облепят кеды — в новую рухнем жизнь. Будем смешить дороги сказками о любви, щедро лечить ожоги ядом волшебных вин.
Город менять не поздно, смело хватай рюкзак. Небо украсят звёзды, выкрадем кадиллак. Кистью покрасим щёки в спелой черешни цвет. В горло вопьются строки — свой создадим дуэт. В косы густые смело солнца добавим нить. Ты под моим прицелом. Буду тебя любить, томно баюкать жажду, нежно смотреть в глаза — так расцветут однажды редкие чудеса.
Шёлковой рухнет лентой море из бирюзы. Будем с тобой моменты складывать под язык, трещиной
темно-красной падать на угол рта, песни тянуть на гласный.
Выбросим паспорта.
Кто запретит такое? В мире запретов нет. Нас ведь отныне двое, каждый — больной поэт, льются слова, как реки, свой пролагая путь. Будем, целуя веки, линию счастья гнуть, верить в мечты нелепо, день прижимать к груди.
К чёрту земные беды.
Я выезжаю.
Жди.

говорю не с теми
и не о том,
ничего не хочется.
ни-че-го.
я бы сжёг к чертям
этот хлипкий дом,
обратив трагедию
в волшебство,
где горят не чувства,
а сотни слов,
исчертивших стены,
полы, кровать.
тяжелеет камнем
большой засов,
… показать весь текст …

я видела счастье, оно заходило утром:
рассвет незаметно лился в большие окна,
тепло на губах искрилось волшебной пудрой,
как будто наш мир из солнечных сказок соткан,
из песен, любви до неба и вин медовых,
волос золотистых, запахов самых нежных,
где каждое слово — больше, чем просто слово,
где каждое чувство — крайность и неизбежность.
я видела счастье: оно целовало веки,
свернувшись калачиком, грело тела и души.
будь самым родным и солнечным человеком,
умеющим верить, чувствовать, быть
и слушать. умеющим так любить,
что сдаёшься сразу, без слов, объяснений,
… показать весь текст …

Звёздный ветер лицо щекочет —
слишком мягко и непривычно.
Мы застряли в тепле полночном,
говорим о вещах обычных,
мол, однажды отыщем город,
где полюбят
таких
безумцев.
Капли света бегут за ворот —
сотни белых искрящих унций.
Ты смеёшься, а мир повержен
этим солнечным мягким смехом.
Сколько будет ещё издержек,
что не станут для нас помехой?
… показать весь текст …

приезжай, пожалуйста, и спаси меня, в голове так пусто, что мне не плачется. я не помню букв, отражений, имени.
мне под кожу нужно
твоё чудачество,
разговоры ночью,
рука горячая,
переливы смеха,
как мёд, тягучего.
/не на тех когда-то была растрачена, для чужих рождались из слов созвучия/
приезжай, пожалуйста. в этом городе твоё солнце включится очень вовремя — он до хрупкой нежности слишком голоден, до тепла, что ярко цветёт под рёбрами. не хватает звёзд и желаний искренних, золотых рассветов, волшебных случаев, обещаний сонных, горячих выстрелов в небольшое сердце, что так измучено.
ничего не помню — ни чувств, ни пламени, потеряла всё, что казалось дорого. просто смерть беззвучно к себе звала меня, а потом обратно гнала: «до скорого». я себя не помню — ни слов, ни имени, будто сердце вечно в тоску наряжено.
приезжай, пожалуйста, и спаси меня, или я сгорю в этой боли заживо.