Никого не мечтаю осчастливить, мечтаю о тишине и невозмутимости в океане чужих страстей.

Мы часто жизнью не довольны… И положенье таково, что мстим мы тем, которым больно… За тех, которым всё равно…

Любовь — как глупость, любовь — как нелепость,
Любовь — как юношеская скабрезность.
Любовь — как странность с кривой усмешкой.
Как стала вдруг королевой пешка.
Любовь — деградация в первобытность.
Любовь — как праздник. Любовь — как сытость.
Горе — как рост над самим собою.
Горе — как мера, кто чего стоит.
Горе — развитие, осмысленье.
Горе — как ненависть. Как прощенье.
Наука ценить простое в великом.
Горе — как истинность в многоликом.
Бумажный кораблик в бушующем море.
… показать весь текст …

Отпусти его, если он —
Чувство терпящее фиаско.
Если блекнут цветные краски,
Превращаясь в унылый фон.

Ты — подбитый, но самолет!
Он — твой стимул подняться выше.
Он еще о тебе услышит,
А сегодня — пускай идет.

И в дорогу благослови,
Вот увидишь насколько легче.
Станет сердцу, что рвет и мечет,
Избавляется от любви.
… показать весь текст …

Пройти по кромке. Песок и волны.
Стальное небо в дожде кипит.
Туман над морем зашторил окна
И свет заката в душе горит.

Заплата раны — огня смиренье
И лёд на теле — следами рук.
Контраст волненья — сминает время.
Контраст сомненья — рождает звук.

Под звуки песни слова признаний,
под звуки блюза рифмуют круг.
Летят на север в страну прощаний,
чтобы вернуться зимой на юг.
… показать весь текст …

Мужчина, который мне вовсе не нужен,
Готовит заботливо завтрак и ужин,
Неверно толкует мой взгляд молчаливый,
Считая себя неприлично счастливым,
И даже везучим — ни много ни мало,
И, трогательно подоткнув одеяло,
Собой согревает в бетонной коробке,
И каждую ночь прижимается робко
К груди, где мое непослушное бьется
О том, кто ко мне никогда не вернется.

Был я молод, и весел, и глуп,
И цвели васильки в поле синие,
А тепло твоих ласковых губ
Обещало нам счастье красивое.
А потом налетели дожди,
Под окошком моим тополь скрючился,
И сказала ты вдруг — уходи,
Ничего все равно не получится.

Почему, я не понял тогда,
Все догадки казались неверными.
В поднебесье качалась звезда
И мерцала лучами мне первыми.
Там, где в поле ромашка цвела,
… показать весь текст …

Он приехал! Сажай за стол!
Демонстрируй белье из кружев,
Чтоб корсет — утонченней, туже
И чулочки с пажами — в тон!

Разливай по бокалам ром,
Добавляй себе сок и мяту,
А ему — кубик льда и рядом
На тарелочке ставь лимон…

И смотри на него в упор,
Обещая пике и взлеты!
Он приехал. Он здесь. Ну что ты!
Не завязывай разговор!
… показать весь текст …

И много желтого. И синего. И липкий
уходит день не без вольтеровской улыбки.
Как будто не был на объятия похожий
клубок из рук случайной нежности в прихожей:
Как будто мне не завизировали кашель,
как результат вспотевших внутренностей наших.
как результат экспериментов друг на друге,
как — будто мы сплошные губы или руки.
Как будто мы и не лизались как щенята,
как будто платье совершенно не помято.
Как будто время не в ногах у нас валялось,
как будто небо потолком не притворялось…
Но много желто…
… показать весь текст …

И ложилась его голова
На худые мои колени…
Он любил меня…/на словах/
И хотел, чтоб его жалели.

А заботиться я умела.
На взаимность не претендуя…
И пока я его жалела,
Он любил не меня — другую.

Жалость — это дурное дело.
Сил хватило сказать: «Я пас!»
Но о том, что его жалела,
Пожалела я много раз.