Юрий Татаркин

Нет покоя в этой жизни. Даже когда человек спит, он должен лежать, переворачиваться с бока на бок и смотреть сны порой весьма сомнительного качества.

Пока труд лепил из обезьяны человека, работа стояла на подстраховке. Чтобы ловкая и проворная обезьяна не улизнула на привычную и уютную пальму.

Дела, не подкреплённые словами, не до конца оценят по достоинству.

К сожалению, у дураков нет монополии на дурацкий смех. Поэтому этим смехом пользуются все, кому ни лень.

С годами мечтания мельчают. И уже нельзя в мечты погрузиться с головой.

Надо себя почаще хвалить. Чтобы потом, когда дров наломаешь, можно было объяснить, что испорчен регулярной самопохвалой.

Счастье — штука хрупкая. Стоит счастью попасть в грубые человеческие руки, как оно начинает крошится и рассыпаться.

Пятница значительно отличается от других дней недели. По пятницам человек не мучается ожиданием пятницы.

Любовь — дело тонкое и точное. Недолюбишь — получится симпатия. А перелюбишь — останешься с равнодушием, если ещё не с ненавистью.

— Ох, милый, ты мне вчера столько комплиментов наговорил, ничего подобного я от тебя никогда не слышала!
— Извини, был пьян.

Книги согревают разум, любовь — душу, мечты — сердце, деньги — карман.

Пока искали, где бы заблудиться, изрядно поплутать пришлось.

Каждую осень от падающих с яблонь яблок погибает множество муравьёв. А защитники животных до сих пор не озаботились этим геноцидом.

Пробовал как-то не пробовать — ничего не получилось.

Чаще всего когда люди обмениваются мнениями, каждый остаётся при своём. Странноватый такой обмен.

В человеке особенно прекрасно должно быть как раз то, чего не видно. Душа, например. И почки. Мозги тоже. И здоровье. Но главное — кошелёк. А внешность — ерунда. Прохожие не шарахаются и ладно.

Не хотелось бы навязывать своё мнение, но что-то с ним делать надо.

С высоты прожитых лет очень удобно высматривать место на кладбище.

Иногда человек звучит гордо и звонко только после смачного щелбана в лоб