Юрий Поляков

А что, если б человеку, кроме основной жизни, давалась еще одна — для работы над ошибками? — Тогда все свои просчеты и нелепицы можно обвести карандашом, подобрать однокоренные промахи и оставшееся до последнего звонка время наслаждаться переменчивым заоконным пейзажем. Но в том-то и штука, что мы совершаем ошибки и работаем над ними одновременно. Мало этого, исправляя одни глупости, мы тут же делаем другие. И так длится до конца, до последнего звонка, когда нужно сдавать свою единственную тетрадь.

Душа, как судорогой сведена,
Когда я думаю о тех солдатах наших,
Двадцать второго,
на рассвете,
павших
И даже не узнавших,
что — в о й н а!
И если есть какой-то мир иной,
Где тем погибшим суждено собраться,
Стоят они там смутною толпой
И вопрошают:
- Что случилось, братцы?!

Конечно, счастье — это тоже тяжесть.
И потому чуть сгорбленный стою.
Не умер бы я, с ней не повстречавшись,
И жизнь бы прожил. Только не свою!

Есть слова, меняющие, даже ломающие жизнь.
Сказал — и назад не вернешь.

Все в жизни, наверно, возможно:
Когда-то и я, может быть,
Любить научусь осторожно,
Без боли, без страха любить.
В минуты прощанья и встречи,
Предательство даже открыв,
Я буду спокойно беспечен,
Насмешливо нетороплив.
Смогу и любовь, и утраты
Принять, безмятежность храня…
И с этой поры никогда ты,
Не сможешь так мучить меня!

Речь шла о питомнике «Собачья радость», куда свозили бездомных животных и куда хозяева отдавали своих четвероногих друзей в силу разных нежданных обстоятельств. Любой желающий мог взять себе из питомника понравившуюся зверушку, оплатив лишь съеденные корма. И тогда Василию явился в голову грандиозный план мести. Утром он помчался по указанному адресу и выбрал себе довольно зрелого и чрезвычайно сердитого черного миттельшнауцера по кличке Пират, от которого хозяева отказались из-за злобного нрава…
… показать весь текст …

На миг зажжется новая звезда.
Однажды приплывут раскаты грома.
И вычеркнут планету навсегда
Из атласов небесных астрономы.
Но самые глубокие умы
Склонятся над космическою тайной.
Что там произошло
за толщей тьмы,
Что приключилось
с той планетой странной?
С годами станет ясно, почему
Планета обернулась тучей пыли.
Но не понять вовеки никому,
Что эти дураки не поделили?

Не повезло в делах или любви:
На сердце — жгучий лед,
А разум — кругом…
Ты в одиночку душу не трави,
Пойди, поговори об этом с другом.
Скажи ему: «Мне плохо!» Мы уже
Почти не говорим друзьям об этом,
Как будто, что творится на душе
У ближнего, известно по газетам.
И мы живем, по-тихому скорбя,
А время дни уносит, нас уносит…
И если здесь не высказать себя,
Там, думаю,
никто уже не спросит…

…И каким себя умным-разумным ни числи. Как досаду сомнений
в себе ни глуши. Все равно есть на свете и чувства, и мысли,
На которые просто не хватит души. Может, гены не те?
И среда подкачала? Не дано!
И тебя ничего не спасет:
С рук талант не купить.
Не начать жизнь сначала.
Не достичь ослепительных этих высот! Что ж, смирись и живи.
Есть иные заботы,
Приносящие радость, достаток и честь… Но, копаясь в земле,
не забудь про высоты —
Те, что не для тебя,
ну, а все-таки есть!

Дождик моет старинные камни.
По беседке гуляет сквозняк. Стань поближе ко мне.
Ты близка мне. Невозможно и вымолвить — как!
В черных лужах вода пузырится.
Воздух пахнет промокшей сосной.
Я-то думал, что не повторится
Никогда это чудо со мной!
Словно мальчик, я мучусь и трушу,
Говорю и молчу невпопад…
Как же так ты вошла в мою душу,
Что не стало дороги назад?!