Стефан Цвейг

Что может быть бессмысленнее — уловить чей-то голос издалека и не суметь удержать его?

Всегда, прежде чем может быть возведено что-то новое, должен быть поколеблен авторитет уже существующего.

ЖЕЛАНИЕ

Бывают дни-меня томит желанье
Огня и страсти, дикой красоты
Жен, алчных, словно алые цветы
Кровавых роз, чьи бурные лобзанья
Теснят, смутив, поток моей мечты.

Но в глубине пустой мечты мятежной
Живет мечтаиная- о простом
Спокойном счастье, тихом и святом.
Мне пел о нем далекий голос нежный
Давно, в сиянье детства золотом.

…У подъезда стоял экипаж, и мы поехали к тебе. Я снова слышала твой голос, чувствовала твою близость и была так же опьянена, так же по-детски счастлива, как при нашей первой встрече. Я опять поднималась по лестнице впервые после более чем десятилетнего промежутка. Нет, нет, я не могу тебе рассказать, как в эти мгновения я ощущала все вдвойне, в прошлом и настоящем, и во всем опять-таки только одного тебя. В твоей комнате мало что изменилось: прибавилось только несколько картин, книг, немного нов…
… показать весь текст …

Мудрого политика всегда отличает умение заранее отказаться от несбыточных мечтаний.

Тем-то и отличается истинная страсть, что к ней неприменим скальпель анализа и рассудка. Ее не вычислишь наперед, не сбалансируешь задним числом.

Что бы мы ни делали, нами чаще всего руководит именно тщеславие,
и слабые натуры почти никогда не могут устоять перед искушением
сделать что-то такое, что со стороны выглядит как проявление
силы, мужества и решительности…

О силе страсти всегда судят по совершенным во имя нее безрассудствам.

Я никогда не оставляла тебя; неотступно, с вниманием следила за тобой, но для тебя это было так же незаметно, как напряжение пружины часов, которые ты носишь и которые во мраке терпеливо отсчитывают и отмеряют твои дни и сопровождают тебя на твоих путях неслышным биением сердца.

Чем глубже бездна отчаяния, в которую погружается человек, тем яростнее вопль его души, жаждущей счастья.