Равиль

А можно ли увидеть счастье? А можно ли его познать?.Не знаю право, но нынче ночью. Видение было: где искать. Еще в том сне мне рассказали. Как счастье надобно беречь. Оно так хрупко, как дым хрустальный. И лишь в любви оно, а коли нет, то сжечь. То счастье можно и судьба расплату. По счету примет, в сердце боль определит. И не заменится ничем утрата. Существование одиночеством снабдит.

А скоро-скоро уже весна. Последние метели отметают. Придет капель, снега растают. Природа пробудится ото сна. Набухнут почки, запоют свирели. Кораблики в ручьях запустит детвора. В проталинах подснежники назреют. Скорее бы, скорей, так хочется тепла. Так ждет душа и сердце летнего безумства. Ночей под звездами, природы красоты. Когда воспламеняется внутри все, оживают чувства. И радовать любимых, осуществлять мечты.

Как много женщин одиноких. Сердец разбитых, душ в слезах. Красивых, статных и дородных. Которым в пору жить в стихах. Как много их, что ищут счастье. Кидаются в Любовь с главой. И разбиваются их чувства, остывают страсти. В непонимании, изменах, в рутине бытовой.

Лето на исходе; уже засобиралось. С виноватым видом. слезы льет и льет. В этот год с жарою; ну как-то обломалось. Но пообещало на следующий год. Не вышло потому что; ветры в даль прогнали. Горные утесы не пускали к нам. А мы здесь так надеялись и конечно ждали. Засыпая в шум дождя, вставая по утрам. Видели, смотрели в ящике где лето. Там где его не было испокон веков. Ну ладно хоть у них оно было в сандалетах. А мы уже привыкшие под крышей из зонтов. И даже в том есть логика: подготовка к осени. Наверное не будем ворчать на небеса. Что плачут-заливают, подчеркивают проседью. И по ночам на цыпочках приходят холода. Засобиралось лето и на прощание солнце. Достало из-за тучек, одарив теплом. И напоследок в доме я отворил оконце. Чтобы теплом последним согреть свой милый дом.

Город осенний в шуме дождя. Мерно сопит в сновидениях. Два человека только не спят. Шлют SMS-сообщения. Делятся тем как время прошло. Что вдруг случилось тревожное. Какие планы на утро наме*чены. И какое на утро пирожное. Какие возникли проблемы в работе. И что от усталости валимся с ног. И почему так случилось — не получилось. Построить совместный чертог. Летят сообщения, в смайликах вздохи. Слышится горечь в перечне дня. Ночь коротают при свете мобилы. Два человека в шуме дождя.

Пришел я в гости. Мне были рады. Хозяйке дал я шоколады. Сказала выпьем кофейку. В компе включила кнопочку. Сказала посиди немножко. Сейчас накроем стол с пирожкой. Я лазал по инету долго. Тут выяснилось, что кофе только. На утро, и то лишь порция одна. И вообще забот не счесть. Во всем проблемы да дела. Мол приходи потом, — мы позовем. Ну что тут скажешь. Так теперь живем. Открытость и радушие уж не в чести. И не живем, а выживаем, сказать по совести… Друзей теряем и родство забыли. Вся наша жизнь теперь: бег до отдышки в мыле…

У озера кафе и музыка живая. Пьет пиво молодежь и гомон по воде. И я решил зайти: звучала песня заводная. И удивился: на танцполе не танцуют в полутьме. А в наше время, только свет притушат. В круг пары тотчас поспешат. И пользуясь моментом в поцелуях тонут. И так смешно отскакивают, когда свет включат*. Я в том кафе взял кофе: в стакане* бумажном. Смешно конечно, не по русски, суть не в том. За столиком присел, задумался, о чем? Неважно. И тут вдруг песня группы *9 грамм*, рэп медленный, и в тему, и о том. Я вышел в круг, взял малолетку. Ее я вел по кругу, она училась походя. Включили свет зачем-то: наверное узрели дедку. Который вальсом кружит на танцполе, у озерца. Все стали выходить и танцевать, отбросив пиво. И веселей на по*дмостях запел солист. И знаете моя душа шептала мне спесиво. Не мучай молодежь, уйди старик. А я кружил и юнная подруга. Под этот рэп уже сама меня вела. И завершением танца была ее заслуга. И я был очень рад, я танцевал не зря.

Ну что поделать раз я не олигарх. А как бы хорошо, вот так на лето. С любимой где-нибудь в горах. На сноуборде или в сандалетах. В Танзании по пляжам да с морской водой. И красотой вокруг божественной, манящей. Или в Европу. Там так манит ритм города ночной. Или в тайгу, где тишина звеняще. На облака, быть может, перьевые. Чтоб унесли меня с любимой в дальню даль. А может к звездам, да в созвездия ролевые. И мчаться в колесницах, разгоняя кометы гарь. Как плохо что когда мечты во сны уходят. Там мы парим, там можем все. И больно, пробуждение едва приходит. Бессилие, рутина, бытие.

Сумрак ночи заглянул в окно. Там в полумраке две свечи мерцают. Меж ними небольшое зеркало. Девица-краса гадает. Наступит полночь, произнесет слова. Заветные, что бабка научила. И локоны положит под подушку. Чтобы во сне увидеть кого ее сердечко полюбило. А утром на рассвете у окна. Вплетая в косу ленточки с цветами. Вспомнит про сон что видела она. И будет ждать любовь свою, что нагадала со свечами.

В городке провинциальном праздник, оживление. Из столицы привезли театропредставление. Афиши театральные на тумбах городских. Зовут на представление на этих выходных. И встрепенулся город: работный люд и знать. Зашили белошвейки, сапожники тачать. Платья и капоры, картузы, сапоги. Чтоб в эти выходные в праздничном идти. Фонарщики забегали, меняли фитили. Чтоб площадь театральную погрузить в огни. Мостовую драяли с острога молодцы. Ущерб, что накануне трактиру нанесли. Оживился город, праздник к ним пришел. Артистов из столицы случай вдруг привел.