Николай Лесков

— Да вы читали ли хоть один роман отроду?
— Четыре читал.
— Удивительно; а больше уж не читаете?
— Нет; всё одно во всех повторяется.
— Как же одно во всех?
— А так, влюбился да женился; влюбился да застрелился; скучно уж очень.
— А страдания?
— Страдания всё от безделья.

… нужно только, чтобы руки молящегося были чисты от корысти, а душа — свободна от зла и возносилась бы к небу с мыслью о вечности. Тогда в ней исчезнет страх за утрату кратковременной земной жизни и… гора начинает двигаться…

После лимфатических нимф, корчащих Офелий, и после эмансипированных башибузуков в юбках необыкновенно приятно встретить женское существо, не принадлежащее к разряду слабых млекопитающих, о которых сказано, что
Ни полюбить они не смеют,
Ни вовсе бросить не умеют.
По крайней мере, для меня встречать подобные лица всегда необыкновенно отрадно. Они поддерживают веру, что еще не выродилась славянская женщина, не вся ушла в кринолин да в гнилую французскую эмансипацию.

По обдуманным поступкам не узнаешь, каков человек, его выдают поступки необдуманные.

Бесполезное это дело: дураков учить все равно что мертвых лечить

Обещания даются по соображениям — и исполняются по обстоятельствам.

Снисхождение к злу очень тесно граничит с равнодушием к добру.

[Любовные] Страдания все — от безделья.

Я… погрузился в книги и ученье, как мышь в кадку с мукою, откуда я выглядывал на свет божий робко, изредка, с застенчивою дикостью и большою неохотою.

Спорливость — черта, удаляющая человека от истины.