Льюис Кэрролл

Интеллектуальные развлечения необходимы для нашего духовного здоровья.

Если не знаешь, что сказать, говори по-французски!
*
Можешь пожать мне руку, я не гордый!
*
Очень милые стишки, но понять их не так-то легко… Наводят на всякие мысли — хоть я и не знаю, на какие…
*
Всё страньше и страньше.
*
Полностью с вами согласна, — сказала Герцогиня. — И мораль отсюда такова: «Будь, кем хочешь казаться». Или, проще говоря: «Никогда не считай себя не таким, каким тебя считают другие, и тогда другие не сочтут тебя не таким, каким ты хотел бы им казаться».

— Может быть, я бы лучше поняла, если бы вы это написали, — очень вежливо сказала Алиса. — А когда вы это говорите, я совершенно не успеваю следить за смыслом.

— Это все пустяки по сравнению с тем, что я могла бы вам сказать, если б захотела, — снисходительно ответила Герцогиня.

Если бы кое-кто не совался в чужие дела, земля бы вертелась быстрее.

Вот если я та, кем я хочу быть, тогда пожалуйста, а если я не та, которая та, то… Ой, милые, не хочу я здесь больше! Возьмите меня отсюда! Я тут совсем одна!

Ни в коем случае не представляй себе, что ты можешь быть или представляться другим иным, чем как тебе представляется, ты являешься или можешь являться по их представлению, дабы в ином случае не стать или не представиться другим таким, каким ты ни в коем случае не желал бы ни являться, ни представляться.

Сияло солнце в небесах,
Светило во всю мочь,
Была светла морская гладь,
Как зеркало точь-в-точь,
Что очень странно — ведь тогда
Была глухая ночь.

«А вы можете исчезать и появляться не так внезапно? А то у меня голова идет кругом! — На этот раз он исчез очень медленно. Первым исчез кончик хвоста, а последней — улыбка, она еще долго парила в воздухе, когда все остальное уже пропало.»

— Ты отлично знаешь, что ты не взаправдашняя.
— Нет, взаправдашняя, — сказала Алиса и заплакала.
— Слезами делу не поможешь. От плача взаправдашней не станешь.
— Если бы я была не взаправдашняя, я бы тогда не умела плакать!
— Уж не хочешь ли ты сказать, что плачешь настоящими слезами?
Я знаю, что всё это понарошку, — подумала Алиса, — и поэтому плакать глупо.

«Ты прекрасна. Не хватает лишь улыбки».