Камиль Ясулов

Рассвета дивного в нагрудном кармане
Напиток на завтрак припрятал себе,
И с ранним десертом в кофейном тумане
Твержу я: «Спасибо хозяйке-судьбе»…

Спорило тело с душой от души,
Сердце их просто судило,
«Меня каждый видит, а ты там в глуши», —
Бесчувственно тело твердило.
Подумав ответил судья не спеша:
«Тут братец такое вот дело,
Оба мы живы пока есть душа,
Пока не покинула тело»…

«Бог дал тебе лицо и тебе выбирать его выражение»
/восточная мудрость/

Бог дал лицо, а выражения за нами
И тело дал, а как носить решаем сами.

Он дал язык, слова с тональностью за нами
И дал цвета, но жизнь свою мы красим сами.

Бог дал глаза, оставив взгляд опять за нами,
Мы ими и душой свой Мир рисуем сами.

Святую веру Он нам дал, выбор за нами,
Дороги разные раздал, их мерим сами…

Художник мир свой красками рисует,
С народом говорит через холсты,
Что на душе — он то и повествует,
В искусстве возводя свои мосты…

Года сжигали дни и пепел памяти моей
В Ларце резном из золота хранился.
В ночь полнолунную на путь ушедших дней,
Открыв его, я будто возвратился…

Отец и мать… Дом отчий… Детвора,
Сирень в цвету и птиц волшебных трели…
Ушёл счастливый утром со двора,
Открытыми оставив настежь двери…

Я судьбы открыл дневник, так, нечаянно,
Что уже произошло — то читаемо,
А что будет впереди — многоточия,
Их открыть лишь у Небес полномочия.

Свобода, рабство, стыд, восторг,
Все чередуя в этой жизни,
Как будто от тоски, от скуки
Судьба ведёт со мною торг.
То дарит дивные сады,
Сирень в окно и лесть, и нежность,
То сменит Свет, как неизбежность,
Тень бесконечной суеты…

Дорогу до земли в зелёный светофор
Весной раскрасил облако-художник,
Последний штрих — затейливый узор,
Нанёс на яркий зонт маэстро-дождик…

Мгновения, застывшие на годы,
Замолкнувшие мысли навсегда…
Эпох ушедших смешанные воды
Не потекут обратно никогда…

Судьба моя — то классика, то рок,
То просто молчаливое теченье.
На чёрных клавишах даёт урок,
Волшебное — на белых исцеленье…