Януш Леон Вишневский

Блюз соткан из печали. Так тебе скажет любой негр в Новом Орлеане.

Если мужчиной перестает восхищаться женщина, с которой он засыпает и хочет каждое утро просыпаться, то он чувствует себя брошенным. Ничего не значащим. Задвинутой в самый конец списка несущественной тварью, которое только путается под ногами вечерами в кухне

Запись боли в одном пространстве памяти нельзя стереть записями счастья в других.

— Что вы делаете здесь в такое время?
— А вы не видите? Плачу.
— У вас есть разрешение?
— Нет. Я плачу без разрешения.
Януш Вишневский «Одиночество в Сети»

Головная боль в большинстве случаев — просто отговорка, которая вредит в первую очередь самим женщинам. Эндорфины, выделюящиеся в мозге во время полового акта, избавляют от головной боли значительно лучше нежели, к примеру, ибупрофен.

Я стал другой. Тихий. Неразговорчивый. Задумчивый. Напуганный. Я не пил. Я читал. Просыпался и читал. До вечера. Ты знаешь, что книжки могут стать бинтом и гипсом?

Когда мужчина возвращается домой под утро, то, как правило, приносит с собой чувство вины.

Скованный социальными условностями и догмами (некоторых) религий, человек заключает свою, прежде необузданную, сексуальность в жесткий корсет, который сдавливает тело и взымающуюся от возбуждения грудь (у женщин), а также в сплетенный из колючей проволоки этики намордник морали (у мужчин).

— Интернет, он такой. Немножко напоминает исповедальню, а разговоры — нечто наподобие групповой исповеди. Иногда ты оказываешься исповедником, иногда — исповедующимся. Это результат расстояния и уверенности, что всегда можно вытащить штекер из гнезда.
— Запись боли в одном пространстве памяти нельзя стереть записями счастья в других.

— Что вы делаете здесь в такое время?
— А вы не видите? Плачу.
— У вас есть разрешение?
— Нет. Я плачу без разрешения.
— Плакать надо, когда никто не мешает. Т…
… показать весь текст …

Платина и бриллиант нагреваются с разной скоростью.
Платина прекрасно проводит тепло.
Бриллианту требуется больше времени.
Он ввел в меня языком оправленный в платину бриллиант и согревал его там. А когда бриллиант согрелся, он достал его языком и, скользя губами по моему телу, добрался до лица.
Кольцо вплыло из его губ в мои. Он поцеловал меня, уткнулся губами в ухо и шепотом попросил стать его женой…

Женщины живут воспоминаниями. Мужчины тем, что они забыли.

Она была именно той женщиной, которую искал он. Потому что считал, что страдающие женщины привязываются к человеку быстрее, крепче и надолго.

Но ведь он всегда был, всегда, когда был необходим ей. И ничего не хотел взамен. Он попросту был.

«Это неправда, что жизнь, начинающаяся семь раз в неделю чисткой зубов по утрам и кончающаяся снятием макияжа по вечерам, скучная. Как раз в таких рамках можно вести нормальную жизнь. Интересную. Полную событий. Регулярную. Пусть без всплесков, зато без ожогов и греха»

…Впервые, сидя в етом кресле, она испугалась, что он может перестать быть частью ее жизни. Она уже не представляла себе такого…

Мужики похожи на некоторые радиоактивные элементы: у них очень короткий период полураспада. А дальше уже фоновое излучение. И преимущественно в чужих лабораториях.

В политику встроена ложь. Дипломатия — искусство жонглирования враньем таким образом, чтобы «нет» означало «может быть», а «да» было бы всегда с оговорками.

Это неправда, что жизнь, начинающаяся семь раз в неделю с чистки зубов и кончающаяся снятием макияжа по вечерам скучная. Как раз в таких рамках можно вести нормальную жизнь. Интересную. Полную событий. Регулярную. Пусть и без всплесков, зато без ожогов и греха

Живите полной жизнью. Она летит быстро, и с каждым годом всё стремительнее. У нас в распоряжении только настоящее. Вначале мы представляем себе лишь долгое будущее, а под конец лишь долгое прошлое.