Юрий Анатольевич Тубольцев

Если дать картошке нож — она может почистить человека.

— Молодой человек, ущипните меня, пожалуйста, за нос!
— Девушка, а Вы что, так знакомитесь?
— Да нет, просто нос чешется, а лапки грязные!
— Девушка, но у меня тоже лапки грязные!
— Мужские лапки всегда чище женских!
…
— Ааааа. Я же сказала, ущипните, а не укусите!
— Девушка, извините, но я — людоед!
— А спорим, ты меня не съешь? На что спорим?
— Не съем, у Вас же лапки грязные!
— Фу! Чистюля!

Я помню мир до интернета,
Бумагу жрали с пиитетом,
Теперь все сели на диету,
Не для жуков теперь эта планета.

— Про меня-с у вас лучше получалось писать! Перешли на графомана Пушкина-с?!
Кроме того-с, мои тексты копируются и вставляются, и уникальность не теряется! — сказал мне Достоевский.
— Но перед тем, как откопать Достоевского, надо написать книгу «Как научиться копать Пушкиных» — сказал мне Белинский.
— Я убил человека, но потерял топор! — сказал мне Раскольников.
— Ой, ребята, Вы из позапрошлого века! Устарели Вы! — сказал я им и стал читать искать в лимоне сходство с Лимоновым.
— Скажите, а не чего глупея вы не могли придумать? Кроме как сочинять пасквили на знаменитых авторов, — сказали мне читатели.
— Ха, ха, ха! Залил контент! Если есть заказ, можно придумать и что-нибудь поглупее! — сказал бредогенератор.
— Тут проснулся, упав с кровати, вся майка в поту, голова трещит. Да, надо завязывать с киселём и переходить на лимонады. Кто-то мне сказанул не перечислять и я сменил тему фантазий.

— Паша, пришли мне текстовую версию твоей статьи!
— А сайт что, не читается? Он же у меня адаптированный под все устройства…
— А из него запрещено копировать и вставлять и даже не выделяется.
— Да, потому что это интеллектуальная собственность. Так заявлены права на использование текста. Его нельзя копировать и распространять, иначе теряется его уникальность.
— Вот если бы Пушкин был всего на одном сайте, он бы никогда Пушкиным не стал. Противоречие. Если я хочу быть Пушкиным, я должен разрешить себя печатать на всех сайтах, как Пушкина.
— Ааа. Ты Пушкин. Поздравляю!
— А ты никогда так Пушкиным не станешь!
— Вопрос о заработке на текстах — это профессия, а не хобби и обычное желание славы. Здесь очень много нюансов.
— Аааа. Так ты на текстах зарабатываешь! Значит ты уже Пушкин! А санитары про это знают?

Надежда — это безнадёжность с отпиленной «без».

Плюшевый мальчик затискал плюшевую девочку, и на небе появилось облако пыли.
— Пусть голова ево (её) пуста — зато ни вошки, ни глиста. — написал об этом случае поэт.
А тем временем смеркалось… Пыль оседала на затисканную плюш…
Поэт ждал новой завязки продолжения сюжета.
На этот раз плюшевая девочка затискала плюшевого мальчика и на небе опять появилось облако пыли.
— Пусть голова ево (её) пуста — зато ни вошки, ни глиста. — написал об этом случае поэт.
А тем временем смеркалось… Пыль оседала на затисканную плюш…
Поэту развязка показалась типичной и он решил изменить сценарий.
— Идёмте в химчистку! — предложил поэт плюшевым мальчику и девочке.
Но плюшевые игрушки боялись химчистки. Поэт стал их тискать и на небе появилось облако пыли.
— Пусть голова ево (её) пуста — зато ни вошки, ни глиста. — написал об этом случае поэт.
А тем временем смеркалось… Пыль оседала на затисканную плюш…
Впрочем, это уже совсем другая история.

— Привет! Обрадую!
— Радуй!
— Радуйся!
— А чему?
— А что, не чему?
— Есть чему!
— Ну вот и радуйся!
— А ты чем меня обрадуешь!
— А я тебе дала установку радоваться!
— Аааа. Спасибо! Уже радуюсь!
— Стой!!! Стреляю!!!
— Стою…
— Стреляю!

— Как ты думаешь, она снашается с этим псом или нет (судя по фото)?
— А где фото?
— А ты что, не узнала на фото себя?
— Что? Я с псами не фотографируюсь!
— Один ноль в мою пользу! Я взял тебя на понты!
— Аааа. Не хулигань! В интернете за такие вещи сразу попадаешь в бан!
— Жизнь — это мелкое хулиганство, расслабься!
— Аа, но оно неизбежно перерастает в крупное хулиганство, лучше не начинать!

Никто не знает, ямой или горой станет неизвестный путь.