Юрий Анатольевич Тубольцев

— Я убил человека.
— Есть масса нюансов. Вы правда писатель?
— Да, я подражаю Достоевскому, как Раскольников.
— А почему у Вас какие-то странные диалоги, начинающиеся с фразы «Девушка, а можно с Вами познакомиться?».
— А это я просто анекдоты сочиняю.
— А Вам не кажется, что «я убил человека» и «девушка, а можно с Вами познакомиться» читатель может объединить в одну тему и решить, что Вы маньяк?
— Да Вы что? Не может быть.
— Конечно. Лучше пишите что-нибудь на другие темы.
И я стал писать афоризмы.
Но после приехали полицейские, увезли в отделение и повесили на автора три трупа…
— Но тут явные аналогии не с маньяком, а с Достоевским! — возразили адвокаты.
Тогда прямо из полиции автора отвезли в союз писателей и дали ему статус «почетного члена».

Даже, если попугай не согласен с мыслью, он все равно ее скажет.

Для человека понятия, не вывернутые на изнанку — не понятны.

Не объясняй цифрами дела сердечные.

Жила была неприятная истина, с которой никто не считался.
— Но я же истина! — возражала она.
— Лучше бы ты была ложью! — говорили люди и принимали ее за ложь.
— Вы сами себе врете! — говорила неприятная истина.
— Мало соответствовать реальности, надо еще быть справедливой! — возражали люди.
И так неприятная истина со временем стала ложью. А справедливая ложь со временем стала истиной.

Смысл — это то, что совершенствуется при каждом новом прочтении.

Если ты можешь обойтись без женщины, значит твоя жизнь — обходной путь.

Чтобы сотворить человека, всевышний сначала создал стереотипы.

— Девушка, а можно с Вами немножечко познакомиться?
— Немножечко нельзя, можно много!
— Да откуда же у меня столько?
— А ты собирай, когда будет много, тогда и знакомься!
— Всегда будет мало, пока молодой!
— Ну я подожду, пока постареешь!

— Девушка, а можно с Вами познакомиться?
— Парень, а ты что, маньяк?
— Девушка, да что Вы, я так, маньячик!
— А я с маньячиками не знакомлюсь, мне нужен серьезный маньяк!
— Девушка, ну у Вас и запросы!
— Ну как станешь серьезным маньяком, приходи! А пока, маньячик, не позорься!
Мораль сей басни такова —
Изображай, тушканчик, льва!