Федор Михайлович Достоевский

Но вот в чем беда: честных-то у нас много, очень много, то есть, видите ли: скорее добрых, чем честных, но никто из них не знает, в чем честь…

Подавлять в себе долг и не признавать обязанности, требуя в тоже время всех прав себе, есть только свинство.

Уничтожьте мои желания, сотрите мои идеалы, покажите мне что-нибудь лучше, и я пойду за Вами.

А в самом деле: вот я теперь уж от себя задаю один праздный вопрос:
что лучше — дешевое ли счастье или возвышенные страдания? Ну-ка, что лучше?

Неужели и тут не дадут и не позволят русскому организму развиться национально, своей органической силой, а непременно безлично, лакейски подражая Европе? Да куда же девать тогда русский-то организм? Понимают ли эти господа, что такое организм? Отрыв, «отщепенство» от своей страны приводит к ненависти, эти люди ненавидят Россию, так сказать, натурально, физически: за климат, за поля, за леса, за порядки, за освобождение мужика, за русскую историю, одним словом, за всё, за всё ненавидят.

Выскочи русский человек чуть-чуть из казённой, узаконенной обычаем колеи — и он сейчас же не знает, что делать.

Человек есть тайна. Ее надо разгадать, и ежели будешь разгадывать ее всю жизнь, то не говори, что потерял время… я занимаюсь этой тайной, ибо хочу быть человеком…

Мало ли что снаружи блестит и добродетелью хочет казаться.

Чтоб умно поступать — одного ума мало

В отвлеченной любви к человечеству любишь почти всегда одного себя.