Франц Кафка

Некровавых сказок не бывает. Всякая сказка исходит из глубин крови и страха. Это роднит все сказки. Внешняя оболочка различна. В северных сказках не так много пышной фауны фантазии, как в сказках африканских негров, но зерно, глубина тоски одинаковы.

Человек, терзаемый своими демонами, совершенно бессознательно мстит ближнему.

Разумеется, никаких планов, никаких видов на будущее у меня нет, в будущее я не могу направляться, только рушиться головой вниз, только падать, споткнувшись, или катиться в будущее кубарем, это я могу, а лучше всего я умею просто лежать на месте.

Страстно веря в то, чего еще нет, мы создаем это. Только то не воплотилось, чего мы еще не захотели достаточно сильно

Мне же всё время, а ещё лучше — всё-всё время, какое только есть, необходимо для тебя, для размышлений о тебе, для дыхания в тебе.

У меня едва ли есть что-нибудь общее с самим собой.

Я живу здесь так, словно уверен, что буду жить второй раз; ну, например, как после неудачной поездки в Париж я утешал себя тем, что постараюсь вскоре снова побывать там.

Я пишу иначе, чем говорю, говорю иначе, чем думаю, думаю иначе, чем должен думать, и так до самых темных глубин.

Поэзия — болезнь.
Сбить температуру — ещё не значит выздороветь.
Напротив! Жар очищает и просветляет!

От этого раннего вставания можно совсем обезуметь. Человек должен
высыпаться.