Джоанн Харрис

Некоторых людей никак не исправишь. За ними тянется такой ядовитый след, что любого сразу отравит, стоит ему тот след пересечь.

Безумно счастлива. Ну, может, и не так уж безумно, но, во всяком случае, счастлива. По крайней мере, иногда.

1) Душу не переменишь. Можно лгать самому себе, притворяться, надеяться — но все равно в итоге останешься в той стихии, где был рожден.

2) Шансы на будущее тебе даются в тот день, когда ты появляешься на свет; собственно, это наш единственный шанс. И некоторые потом всю жизнь только и делают, что придумывают извинения для собственных неудач …, а некоторые пускают в ход все средства, все время повышают ставки, используют любую уловку, обманывают, где только могут… И выигрывают.

3) У каждого кре…
… показать весь текст …

Жизнь слишком коротка, а время слишком драгоценно, чтобы тратить его на глупые ссоры.

— Даже самый скучный и неинтересный герой … станет больше похож на человека, если подарить ему любимое существо. Ребенка, возлюбленного или хотя бы собаку.

1) «Будешь часто совать руку в осиное гнездо, — произнес голос Джо, — и тебя укусят. Даже волшебство тут не поможет. Даже волшебство не идет против природы. Иногда волшебству надо подсобить, сынок. Дать ему что-нибудь полезное. Шанс сработать. Надо создать волшебству подходящие условия».

2) Специализация убивает разнообразие. К тому же людям разнообразие не нужно. Они хотят, чтобы все было одинаковое. Помидоры — красные и круглые, неважно, что есть желтые и длинные, которые в сто раз вкуснее, е…
… показать весь текст …

Куда уходит время?
Так же, потихоньку, испаряются из флакона духи, как бы плотно ты ни закрывала его пробкой;
а однажды ты возьмешь флакон в руки
и увидишь, что на дне осталась лишь капелька душистой жидкости, хотя тебе казалось,
что ее там еще много…

Прошлое никогда не кончается. Мы тащим его за собой повсюду, точно бродячая собака консервную банку, привязанную к ее хвосту хулиганами. И если попытаться убежать от прошлого, оно загремит еще сильнее. И будет греметь пока не сведет тебя с ума.

Есть что-то очень успокаивающее в ритуале варки варенья. Он всегда связан с мыслью о кладовой, полной припасов, об аккуратных рядах банок на полках, которые так приятно доставать зимним утром, в самое тёмное время года, когда чашка горячего chocolat au lait с толстым ломтем свежего хлеба, намазанным прошлогодним персиковым джемом, воспринимается, как обещание солнечного света.
Мысли о полной припасов кладовой — это всегда мысли о доме, о четырёх каменных стенах и крыше, и о том, что времена года всегда следуют друг за другом, всегда возвращаются с очаровательной привычностью…
Вкус персикового джема — это и есть вкус дома…

Запри кошку в доме, и единственное, к чему она будет стремиться, это вновь оказаться на улице. Но если её оставить на улице, она будет мяукать под дверью до тех пор, пока её не впустят в дом. Люди, в общем, ведут себя примерно так же.

Мудрой женщине всегда есть что сказать, но она чаще всего помалкивает.

В душе люди редко меняются,
… просто многие с возрастом преуспевают в умении менять обличья.

Октябрь — стремительный, такой сочный, такой ароматный в своём золотисто-алом сиянии, с ранними белыми заморозками, с ярким преображением листьев — это совсем другая, волшебная пора, последний дерзкий ликующий всплеск перед лицом надвигающейся стужи.

Даже когда любовь умерла, музыка всё ещё звучит…

Оружие дьявола не зло, а наши слабости.

Самое интересное в процессе совращения — не финал, а охота на жертву.

Быть отвергнутым — это больно в любом возрасте.

Сколь хрупка наша жизнь, как легко разрушить твой тщательно выстроенный карточный домик — для этого хватит даже малейшего вздоха ветра.

Правда — такая штука… Чем больше хочешь рассказать, тем это сложнее. Тем невозможнее кажется.

Любая женщина может быть красавицей в глазах мужчины, который ее любит