Алишер Навои

Как женский лик, сияя вдалеке,
Над миром блещет солнце на восходе.
Здесь дива нет: в арабском языке
Название для солнца — в женском роде.

Далекий дым, а не манящий свет
Холодной ночью — поводырь скитанья.
Не так ли, заглушив соблазн, аскет
Находит радость в твердом воздержанье?

Бывает так, что, спеси полн, болван
Заподличает, выбившись в вельможи.
Здесь чуда нет: от власти словно пьян,
Он, все забыв, себя не помнит тоже.

Что злато-серебро! От них — лишь порча рук:
Возьмешь — блестит, отложишь — руки в черном.
Но и душе они — погибельный недуг:
Загубишь жизнь пристрастием позорным.

И честь семьи, во-первых, честь,
Коль у тебя семья и дети есть.
Ты породил детей, но должен знать,
Как с малых лет им воспитанье дать,
Ты должен хорошо детей наречь,
Чтоб их потом насмешкам не обречь.
Вторая цель твоя на том пути —
Достойного учителя найти.
Все выше те, кто доброе творят,
Но за дела добра не ждут наград…
Всем жертвуют для страждущих людей,
Не думая о выгоде своей.

Среди искусств такое есть уменье:
Оплошность скрыть, когда ошибся друг,
И похвалить при всех его раденье,
Или сокрыть отсутствие заслуг.

***
Твори добро и не болтай о том.
Хороших дел не порти хвастовством.

***
Когда творят хорошие дела,
Нужна ли им пустая похвала?

Невежественный врач — подручный палача:
Яд тоже смерть несет, как и удар меча.