Татьяна Орлова Славянская -2

Маленькой пони, взвалив не по силам поклажу,
тащищь повозку по имени «скверная жизнь».
Ангел смиренно взывает без веры:"Держись…"
Я и держусь… только путь не становится глаже.

Что я тащу? Что за ценности лягут в могилу?
Чем я порадую тучных земельных червей,
там, где цветёт асфодель, можжевельник, шалфей,
там, где уже без следа предначертано сгинуть?

Солнце улыбки давно и заметно поблёкло —
гнёшься и горбишься… жизненный груз с бородой.
Вечером был и отчаянный, и молодой, —
утром нутро до озноба без пульса продрогло.
… показать весь текст …

*
День что один, что другой всё одно — полыньями.
Горечью чай отдает… Хлеб — подобием глины…
Только проснёшься — забот бесконечных цунами.
Некуда сгинуть.

Крутишься белкой, а время как будто застыло,
роли расписаны подло небесным суфлёром.
Сцена подгнившая стала привычно постылой…
Мне бы дублёра.

Радостей маленьких хочется. Пусть даже глупых.
Ночью проснёшься — душа разрывается в клочья.
Шаришь глазами по стенам пугливо и тупо…
… показать весь текст …

Любить вслепую пальцами с листа —
/ не бойся, я границы не нарушу/
как будто бы живой сойти с креста,
и вместе море, небо, звезды слушать.

Все хорошо, жаль стрелок вечный бег
не может ни мгновеньем подчиниться.
И всё же тёплый маленький ковчег
плывёт вперёд под знаком синей птицы.

Стихами исписав пиратский флаг,
желанием прочерчивая карты,
мы ищем золотой архипелаг
на краешке синеющего марта.
… показать весь текст …

*
Диагноз подтверждён: от нелюбви
случается, что даже роза чахнет.
Но как же просто взглядом оживить,
а если кто-то восхищённо ахнет,

то словно кровь спасеньем в лепестки —
так голову отчаянно дурманит!
А что же мы? — Сгорая от тоски,
ласкаем нож отточенный в кармане.

Он холоден до времени, пока
прощупывает отпечатки пальцев.
Увереннее в нелюбви рука,
… показать весь текст …

Концерты «Вагнера» с адреналином —
играет не рояль… не пианино…
Не струны арфы пятерня ласкает —
но «Арту»… Здесь не опера в «La Scala».

Победный марш сменяет похоронный —
повсюду смерть, но цепкие короны
на медных головах у дирижёров —
охвачены неутолённым жором.

Оркестр на запад рвётся, ноги сбиты,
играя месть по пленным и убитым,
не зная и минутного привала…
Здесь взвизги пуль /не нот/куда попало.
… показать весь текст …

Не часто всплеск с тобою в зоне доступа —
мы вместе не в пространстве, не во времени.
Есть зелье приворотное — пьём досыта
друг друга… А порой — до исступления.

Устало города дымят… Там кашляют,
скрепя петлёй, старинные парадные.
И смятый флаг над дремлющими башнями,
и летаргия сумерек — не радуют.

А мы вне городов… Свои владения.
Где реки — мёдом, берега — хрустальные.
Мы счастливы в полночных сновидениях.
Не нам мигают фонари вокзальные.
… показать весь текст …

Лошадка понурая с горки с трудом везёт
не день и не месяц — мы катимся целый год.
Уже до финала, до финиша с ней скатились:
она — человеком почти… ну, а я; оскотинясь.

Копыта морзянкой выстукивают висок.
В карманах дырявых не злато — с горы песок.
Мы в самом низу: по достоинству ссылкой место —
закончились в гору мучительные заезды.

Скатились и ладно… Молчим. Чего верещать?
У каждого срок — отлита сургучом печать.
Полёт стрекозою лишь в августе грациозен —
теперь у подножья горы приютилась осень.
… показать весь текст …

*
Горит огнём медовой жаркой меди
закат вечерний… Дремлет сонно мир.
Еще чуть-чуть взойдёт ночною снедью
ковш с молоком, луны созревший сыр

и монпансье из звёзд… Лови горстями,
прячь под подушку… Первый лёгкий сон
влетит в окно с хорошими вестями —
роскошный многоцветный махаон.

Перевернет весь мир, и счастлив снова,
забыв забот, тревог, обид узлы,
(за горло держат, словно пса цепного),
… показать весь текст …

Всё суета. В душе разгул пустыни.
Останки лодки бьются у причала.
Мой кофе горек и так быстро стынет —
не разогреть… Не воскресить начала

той тайной вязи слов, что не сказали
и черт лица любимого не вспомнить.
Мы затерялись в дьявольском астрале,
иль сбросил души бес в каменоломню?

Как пережить зимы гнетущей вечность,
не сдаться в плен отчаянной печали?
Калейдоскопом жизни быстротечность,
а ведь ещё вчера не замечали.
… показать весь текст …

Почти слепым, сутулясь,
бредёт по жизни У’лисс.
Что ищет — сам не знает
уже бессчётно лет…
Потомок Одиссея
печален и рассеян,
И дух давно пытает
в кармане пистолет.

Вот девочка на шаре,
глазами нервно шарит
за что бы ухватиться —
будь проклят, Пикассо!
Хватает воздух жадно,
… показать весь текст …