Елена Касьян

Много размышляла по следам недавней статьи о словах, которые ранят. Мне время от времени пишут люди. Мы общаемся и поддерживает друг друга. А иногда пишут те, кто потерял близких. Пишут, не зная, как справится с болью потери, с этой страшной зияющей дырой, которую теперь нечем зарастить. И нужно найти слова… слова, которым нас не учили, которые мы не знаем, как сформулировать. И часто выбираем те, которые нам кажутся уместными, сообразными случаю (о, как часто мы заблуждаемся!). И после коротких…
… показать весь текст …

Как-то всё уладится, заживёт.
Я уже давно тебе не пишу.
Вот ещё один пролетает год,
Словно нераскрывшийся парашют.

Как-то всё уладится, не впервой.
Мы проснёмся прежними в январе,
Снег лежит непуганый, молодой,
Лепят бабу снежную во дворе.

Отчего же муторно, отчего
Засосёт под ложечкой поутру?
Человек — забавное существо:
«Все умрут, а я один не умру».
… показать весь текст …

Сегодня думала о том, что здешняя наша жизнь (вообще, жизнь) — это прежде всего опыт тела. Мы его кормим, наряжаем, жалеем, катаем в автомобилях, возим к морю или в лес, укладываем спать. Нас не всё в нём устраивает, мы сравниваем его с другими, приводим в товарный вид, лечим, калечим… Мы, в общем-то, не очень хорошо умеем его носить и не очень умело с ним управляемся. Конечно, интеллект, чувства, сознание — это всё тоже здешний опыт. Но телесное оказывается слишком значимо, и сквозь эту значимость не просто прорваться. Она не столько смыслообразующая, сколько остро эгоцентрична (со всеми вытекающими). Всё, что материально, мы готовы сделать атрибутами этого тела. Сколько ненужных вещей, бог мой…

Человеку всегда кажется, что его не так поняли, поняли недостаточно, не поняли совсем… Человек всячески пытается себя объяснить, растолковать, донести. Он показывает себя собеседнику и так, и эдак. И, словно драматург, хочет, чтобы другой увидел именно его (драматурга) задумку, выстроил оптику определённым образом, и чтобы никаких интерпретаций.
И шутка в том, что каждый из нас тоже драматург.
И вот так мы все проталкиваем своё кино. Кино, где мы, естественно, в главной роли. Но убедительность центрального персонажа для нас самих под большим вопросом. Поэтому мы постоянно ищем подтверждение нашего образа посредством чьей-то симпатии, благосклонности, дружбы, любви…
А нужно всего-то — развернуть камеру.

Всё будет так, как должно. Пройдут дожди, уляжется ветер, улягутся листья. И в этой сезонной наготе не будет весенней трогательности, но лишь строгость и отстранённость.
Поверх всего упадёт первый снег. Так присыпают тёплый ещё пирог сахарной пудрой, а она темнеет, растворяется, тает… и нужно присыпать заново.

Затвердеет мякоть, затянутся прорехи. Поблекнут цвета, просочатся внутрь каждого предмета и заживут другой тайной жизнью. Никаких внешних избытков, теперь только вглубь, к самой сути, к…
… показать весь текст …

Так символичен этот переход из осени в зиму. Из тепла в холод, из действия в бездействие, из цвета в монохром… Всё труднее удерживать свой собственный образ, всё невозможнее. Личная биография становится предметом экспериментов. Ты уже ни в чём не уверена — ни в будущем, ни в прошлом. Твоя история разматывается, разворачивается по неожиданному сценарию. И кажется, что главный сценарист тут не ты… Ты лишь подмастерье, соавтор (в лучшем случае), и видимо, не слишком искусный.
Внутренняя тишина нар…
… показать весь текст …

В то время, как ты там выгуливаешь свою тоску,
дышишь спелым воздухом,
пытаешься быть гуманным,
ждёшь попутного ветра, знамений, какой-то небесной манны,
гадаешь по синему морю и золотому песку,
я учусь просыпаться рано.

Я пытаюсь ровнее дышать и не ждать новостей,
просто чистить картошку,
насаживать мясо на вертел.
Пытаюсь не помнить, как вкладывать письма в конверты,
как можно смеяться, не пить и хотеть детей.
И не бояться смерти.
… показать весь текст …

Когда я почувствовал, что обмочился, то сразу понял — дела плохи.
Во-первых, я мало что помнил.
Надо мной был белый потолок. Повернуться на бок я не мог, подняться с кровати тоже не получалось.
Что это было? Кома, инфаркт? Амнезия? В любом случае, что-то произошло с руками и ногами. Не то чтобы я их не чувствовал, но как-то не владел ими, что ли.
Во-вторых, я попробовал позвать жену, но язык не слушался. Это, вроде бы, при инсульте бывает — нарушение речи? Я вспомнил, такое было у тестя (что-…
… показать весь текст …

Орхидеи выпускают всё новые бутоны, у них свой календарь.
Снег стаял, и хочется снова той белизны, которая вот только недавно укрыла город, казалось, до самой весны. На балконе напротив стоят новенькие санки — кому-то будет радость.
А вы замечали, что почти совсем пропало желание играть в снежки или лепить снеговика? Наверное, это слишком атрибуты детства или юности. Рисовать снежинки на оконных стёклах уже не так весело. Пережитое много раз действие, кажется, не сулит уже того удовольствия и в…
… показать весь текст …

Некоторые мужчины носятся со своей свободой, как с девственностью. Хранят её, словно целомудрие, придумывают внутренние обоснования и философские подтексты, возводят в абсолют и формируют в кредо.
Они готовы поступиться этой свободой. Но только чуть-чуть. В виде исключения.
И только для тебя (ты уже чувствуешь торжественность момента? ты уже оценила этот королевский подарок? ты уверена, что оправдаешь доверие?).

Любые посягательства на сокращения нейтральной зоны в отношениях воспринимаются, к…
… показать весь текст …