Мальвина Матрасова

Скоро Новый год. Книга может стать отличным подарком. Тем более новогодние стихи в ней тоже есть. Вот, например:

Я в тебя, бородатый, не верю лет двадцать. Как минимум. Ты проходишь сквозь форточки, двери, решетки каминные, ты приходишь к детишкам зимой в каждом сказочном сне. Только вот никогда не со мной. Никогда не ко мне.

Помню, в восемь, ждала до рассвета под праздничной елочкой и на радостных взрослых смотрела тихонько сквозь щелочку. Ты опять не пришёл, и я думала: всё из-за них. Я ждал…
… показать весь текст …

Сначала ты думаешь, что это просто неделя такая. Сейчас она кончится, и всё снова будет отлично.
И она пролетает. И все остаётся так же. Но теперь это называется «как обычно». Потом ты ждёшь, что вот, выпадет первый снег, и уж он-то точно всё порешает. И он выпадает. И потом лежит уже целый век, на балконе снег, на подошвах снег, за шиворот засыпается снег, везде и всё время снег, но этот снег ничего не меняет. И ты начинаешь ждать, когда он растает.
Он сходит к маю, и птички поют, и в честь шашлыка по бокалам брют, и везде и кругом только мир и труд, но шашлык остывает, и комары налетели. И по большому счёту, на самом деле, всё так же, как было, но я сижу и жую, пока совсем не остыло.
И кажется даже почти приелась, вошла во вкус, тем более рядом и брют, и блюз, и вот уже август мелькает всполохами костра, жара восхитительная, прицельный щелбан в комара, только вот неделя выдалась непростая, но скоро пройдёт, думаю я.

Он писал ей: «Любимая! Знаешь, сегодня день пролетел незаметно. Я много гулял и думал. Я хотел бы иметь от тебя детский сад детей. Я хотел бы иметь с тобой лавку под старым дубом. Я сидел там один, но я думал, что я с тобой. Представлял себе нашими всех ребятишек в парке. А потом всех ребят увели, как всегда, домой, и я тоже пошёл. Стало скучно, и было жарко». Он писал ей: «Четверг, а как будто бы Новый год. Все смеются и пьют, я бы тоже, но как-то не с кем. У меня под окном поселился дворовый к…
… показать весь текст …

Просто мы разучились слышать, и нам выдали тишину.
Знаешь, Будда живёт в Мытищах и умеет ходить по дну. Ты бы мог научиться тоже, это важно, ведь всюду дно. Если выпустят, будет можно прогуляться. И заодно посмотреть на большое море, что раскинулось наверху: облака — ледяные горы в одуванчиковом пуху.

Просто мы разучились видеть, и нам выдали по окну. Знаешь, Велес живёт у МИДа, и хранит на балконе кнут. И когда мы идём на выпас, он так щёлкает тем кнутом, что я сразу трясусь, как липа, и боюсь…
… показать весь текст …

За счастьем он гонялся с тех пор, как смог ходить. В четыре, в десять, в двадцать — всё было впереди, сегодня было нужно в то «впереди» бежать. По льду, углям и лужам, по острию ножа, по головам, осколкам разбившихся сердец — он взвоет диким волком, добравшись, наконец.
Пока он шёл в то счастье, вокруг кружилась жизнь. Кто с ней кружился в танце и выходил на бис, тот просто жил сегодня. А он хотел потом. Чтоб что душе угодно он мог нести в свой дом, чтоб дом тот был просторным, чтоб куры не клюю…
… показать весь текст …

Февраль. Достать чернил и плакать!
Борис Пастернак

Февраль.
Достать гуашь, смеяться, нырять в сугробы с головой, на льду устроить батл танцев, допить глинтвейн, пойти домой.
Поставить чайник. Отогреться. Внезапно вспомнить про гуашь. Нарисовать на милых сердцу людей смешной дурацкий шарж. Повесить в рамочку на стену. Сидеть, курить, смотреть в окно. Увидеть там смешную сцену: как мальчик со своим щенком визжат от холода и счастья и ловят снег беззубым ртом, и ловят снег зубастой пастью. Смотреть на них, мечтать о том, как скоро этот снег растает, подумать, что немного жаль. И в памяти своей оставить весь этот день.

Такой февраль.

Что летом плохо — это мухи. Жужжат, летают, очень бесят. Особенно одна и ночью, то в этом, то в другом углу. Ещё засада с этим пухом. С шашлычной дымовой завесой. И с гопотой под каждой кочкой, орущей всякую пургу.
Ещё рычащие мопеды. И тоже ночью, в три — в четыре. У них, как будто, четкий график: рычим в четыре под окном. Куда они все ночью едут? Сидели б молча по квартирам. А нифига. Дорожный трафик такой же ночью, как и днём.
Ещё укусы насекомых. Зудят, краснеют, распухают. Собачьи свадьбы с громким лаем и человечьи со стрельбой. Бомжи, сморённые истомой на весь район благоухают, как будто мылись в прошлом мае. День ВДВ и выпускной с повальным плаванием в фонтанах, субботы в бесконечных пробках, Москва раскалена комфоркой, и сквозь подошвы жжёт асфальт.
Плохого летом есть не мало: вагон, тележка и коробка. Найти легко его.
Вот только совсем не хочется искать.

Куда уходит старый год в конце календаря? И может, можно отыскать те странные края? Там все года сидят в рядок, болтают о своём. Они к себе ждут старый год, как нового мы ждём.
У них костёр и мятный чай. У них сосновый бор. У них холодная метель и тёплый разговор. У них смеются невпопад года, где мы юны, и чуть с укором смотрят те, где мы не рождены. Звучат хиты минувших лет с гармоник и CD. Им светит мягкий белый свет от млечного пути.

Когда у нас курантов бой встречает Новый год, прошедший по сугробам к ним сквозь тёмный лес идёт. Когда на вилках оливье, а по бокалам брют, наш старый год идёт на свет. Идёт туда, где ждут.
А я когда-нибудь найду тот лес и тот костёр. Я сяду с ними, вспомню всё, что ластик-память стёр. Но это будет не сейчас, когда-нибудь потом. Сейчас я буду при свечах болтать с набитым ртом. А наболтавшись, я усну, прильнув к твоей груди.

Ну, а тебе, прошедший год, счастливого пути!

ТАМ

Там по утрам обычно

Мама печёт блины,
Аист идёт по крыше,

А по тропинкам — мы,

Только куда мы шагаем —

Ни разобрать, ни прочесть

И называется маем
… показать весь текст …

Стал задавать вопросы: «что значит смерть?» — мальчишка. Мама дала ответы, но далеко не все.
Мама пришла с работы, клетку неся подмышкой.
Маленький пробник смерти крутится в колесе.
Серый пушистый шарик с мордочкой и усами. Любит жевать капустку. Как назовёшь? Пушок.
Что не сказать словами, то пусть постигнут сами. Восемь процентов грусти. Шестипроцентный шок.
Нет, ну зачем «специально». Мы ведь не живодеры. Будем менять опилки, будем кормить, играть. Будет всё идеально. Но всё равно ведь вск…
… показать весь текст …

А мир вокруг кружился колесом, и водостоки вверх дышали паром. Такая, полуявь и полусон.

Семён то шёл, то полз домой из бара.

Казалось, что он в сказочном лесу: вокруг летали маленькие эльфы, волшебный порошок свербил в носу, и след тянулся алкогольным шлейфом.

Семён себе казался королём. А город был ему подвластным царством. И все таким прекрасным было в нем! И сам Семён был дьявольски прекрасным!

А мимо по бульварному кольцу неслись в каретах пьяные принцессы. Хлестали больно ветки по л…
… показать весь текст …

Когда дотлеет джаз и угольки, остынет чай и станет чёрствой булка, мы не найдём про нас ни полстроки. Покинем чат, и где-то в переулках найдём тот двор, в котором был тот дуб. Он стал повыше, чем мы можем вспомнить. И этот вкус слегка коснётся губ: жвачка турбо, булка с маком, полдник.

Когда умолкнет рок, мы станем жить, мы заведем аккаунты в тик-токе. Мы выберем повыше этажи, где будет видно в панорамных стёклах тот самый дуб, под ним — как будто нас, такое может только показаться, давным дав…
… показать весь текст …

Просто нужно правильно дышать: выдыхая лишнее и злое. Чтоб воздушный шар была душа. Воздух мандариново-еловый пусть его наполнит. Пусть взлетит разноцветный шар к бесцветной выси, в это время года сверху вид, что слова утрачивают смысл, просто нужно правильно молчать. Чтобы было и без слов понятно: вот твой мир, твой шар, твоя свеча. Раз она горит, нельзя обратно.
Маленькой свечой огромный шар так согрелся, что теперь летает. Я считаю, так же и душа. Приглядись, их в нашем небе стаи, праздничные яркие шары тех, кто видит каждый день, как праздник. Тех, кто и не знает, что бескрыл. Кто взлетел естественно и сразу.
Просто нужно правильно гореть. Не дотла, а потихоньку тая. Если мы не будем верить в смерть — и она в нас верить перестанет. Просто нужно правильно дышать, всё плохое сразу выдыхая.
Просто не мешать, пока душа сочиняет сборник этих правил.

С чего начинается родина? Я думаю, что с буквы «р». С помёрзшей в июле смородины, с чиновничьих крупных афер. С фасадов, затянутых тряпками, с бухающих вхлам деревень, с зарплат, что мышата наплакали, с штанов, где потуже ремень.
А может, она начинается с больших пенсионных реформ? Где если успеешь состариться — то жизнь прошла, в принципе, норм. А может, с дорожных покрытий за пятьсот миллиардов рублей? А может, с окрестностей Липецка, где грабят на трассах людей?
С чего начинается родина — не знаю и знать не хочу. Я даже люблю ее, вроде бы. Как аппединциты врачу мне нравится похорошевшая за новое время страна. Она, как любимая женщина, случается в жизни одна.

А с чего начинается ваша родина?

Мне дозволено ругать своих детей. Иногда и нехорошими словами.
Что касается любых других людей, могут сразу же прощаться с головами, если вздумают их как-то оскорблять. Если шикнут злобно или глянут косо.

Я убью за них любого. Я их мать. Тут не может быть сомнений и вопросов.

Я с друзьями тоже ссорюсь иногда. Мы, бывает, не общаемся годами. Но когда их бьют, я так за них раздам, что, возможно, станет завидно Ван Даму. А своё потом мы как-нибудь решим. Это только между нами. Наше дело.

Но для…
… показать весь текст …

Обычно она серьёзна и элегантна. И взгляд её холоден, и безупречны жесты. Ни слова не к месту, ни мысли отборным матом, прямая спина — будто сделан пиджак из жести, спокойный расчёт, без оценок и без эмоций, заверенный план на две жизни вперёд и на день.

Но вдруг, иногда, что-то там, под каре, взорвётся, и сносит волной эти планы со всеми «надо».

Пока все вокруг, оглушённые этим взрывом, пытаются как-то ожить и собраться в кучу, она превращается вместо себя в годзиллу. Она выбирает ледянку и с…
… показать весь текст …

Свой первый раз умер от острого чувства стыда, в промокших трусах в детсаду после тихого часа. Второй — захлебнувшись холодной водой из пруда (лет в восемь. Достали на берег практически сразу, он сам задышал, и понёсся купаться опять). Четвёртый — когда неудачно летел на тарзанке. Ангина отметилась смертью под номером пять (когда он без шапки весь вечер катался на санках).
Свой третий раз вспомнил он сразу же перед шестым. Он был с ним во сне, потому он его не заметил. По комнате облаком плыл уд…
… показать весь текст …

Накануне рождества воздух полон волшебства: ждёт гостей к себе Солоха, не боится черт креста. Полумесяц буквой «эс» мягко светит нам с небес и танцует в этом свете дикий танец тёмный лес.
Там, в лесу, из всех болот, в эту ночь, один раз в год, выбираются русалки и заводят хоровод. С ними пляшет водяной под ритмичный волчий вой. В эту ночь безглавый всадник обрастает головой, леший скачет по кустам, а у каждого костра нечисть празднует сочельник. Ночь кануна рождества.
Если ты поборешь страх, в…
… показать весь текст …