Григорий Хубулава

Покинув потаённый закуток, куда вела невидимая дверца,
Потянется диковинный росток из глубины недремлющего сердца.
А Тот, кто семя в почву посадил, шепча над ним молитву, словно в храме,
Ухаживал и, не жалея сил, своё творенье поливал слезами,
Глядит на вспышки голубых цветков и рост внезапный провожает взглядом,
Тебя растить до неба Он готов, беречь, незримо оставаясь рядом.

Зачем, коснувшись Бога самого,
Неверие и трусость проклиная,
Я в третий раз отрёкся от Него,
Сказав, как Шимон: «Я Его не знаю»?

Глубокое молчание храня,
И утверждаясь в слабости, как в силе,
Он посмотрел с любовью на меня,
Когда Его на гибель уводили.

Кто понял бы, кто смог бы угадать,
За что, пока в ночи огонь смеётся,
На недостойных сходит благодать,
А слабому прощение даётся?
… показать весь текст …

Над городом апрель. Автобус с хрипотой,
Отдышку победив, приветствует цветущий
Полуоткрытый парк; на остановке ждущий
Скучает пассажир с котомкою пустой.

Антенны навострив, очкастые дома
Мир серых чердаков предоставляют птицам,
И даже сквер-ворчун успел омолодиться,
Он выспался, как мы, пока была зима.

В квартирке типовой, где принято скучать,
Когда ты мещанин, что не имеет дачи,
Взъерошенный старик вновь завещанье прячет
И древний фолиант уходит изучать.
… показать весь текст …

Память — крепкий, невидимый храм,
В нём звучит литургия весенняя,
Но в таинственном даре забвения
Сострадание Божие к нам.

Будет луч покосившийся пить
Из ладоней прохладу желанную
Нашу жизнь, нашу музыку странную
Помоги ни за что не забыть.

Жалеем, что чего-то не сумели,
Что лучшее проходит стороной,
У жизни нет иной высокой цели,
Чем просто быть, надежды нет иной,
И потому она — не наказанье,
Не долг, не труд, не торжество вины,
Загаданные жизнью, как желанье,
Мы в судный день исполниться должны.

* * *

Что означает быть на самом деле,
За много лет я так и не узнал,
Я вижу твоего лица овал
То в мотыльке, то в складках на постели.

Строка-соломинка… Через неё вдыхая,
Цежу прохладный воздух, словно сок,
И вдруг в окно с улыбкой входит Бог,
Беззвучно чётки слов перебирая.

Нимбом на иконе океана
Светит сквозь хоругви облаков
Солнце, а высоких волн Осанна
Слышится предтечей всех стихов.

Берег и небесная кривая
Образуют золотой киот
И кадилом голубым качая,
Время совершает крестный ход.

Вечности не нужно смертных судей,
Страхи и сомнения пусты,
Оглянись… С тобой навечно будем
Я и ты, как прежде, я и ты.

* * *

Не боится в ночи переулков тёмных
И отыщет всегда незаметный след
Богородица странников и бездомных,
Что сама зажигает собою свет.

Тихо скажет тебе: «Отойди от края»,
И глаза её в самую боль глядят.
Не затем, что не существует рая,
А затем, что иначе повсюду ад.

К чему Ты светишься во тьме?
Из бесконечного уюта
В мой вечный вечер, в холод лютый
Зачем явился Ты ко мне?

Я знаю, ты пришёл корить
И безупречностью своею
Судить за то, что плакать смею,
Не в силах верить и любить.

В ответ, как будто наяву,
К моей ладони прикоснёшься
И чуть заметно улыбнёшься,
Напоминая, что живу.

Мне Гомера читала гроза,
И в гекзаметре древнего грома
Пряди молний дразнили глаза
И ночная искрилась продрома.

Сквозь поющий небесный овал
Эхом звонкого гласного строя
Я во мгле без труда узнавал
Гулкий стон полыхающей Трои.

По воде разбегались круги,
Крики ветра золу разносили,
А незримые глазу враги
Состязались в неслыханной силе.
… показать весь текст …