Ребёнок плакал жалобно и звонко,
он чем-то был похож на старичка.
Был первый день от Рождества ребёнка, —
под тонкой перепонкой родничка
существовали только страх и голод.
Хватала воздух детская рука.
Ребёнок ощущал вселенский холод
и требовал любви и молока.
Он был ещё младенец, не Мессия,
ещё не изменилось ничего
в связи с его рождением. Мария
к себе прижала сына своего.
Душа её наполнилась любовью,