Майя Кузнецова

Жизнь не бывает тяжелой или лёгкой.
Это как с ведром — чем оно полнее, тем тяжелее.
Чем лучше натренированы твои мышцы, тем легче даётся ноша.

Будь моим богом, пожалуйста!
Просто живи в моём небе,
И улыбайся из рамок
Возле лампады в стене.

Я буду ветром и парусом.
Финишем, стартом, разбегом.-
Ты просто стань талисманом,
Если не сложно тебе.

Безумно важно быть нужным.
Ты чувствуешь одиночество,
растягивающее клетки тела
до размеров Вселенной?

Безумно важно научиться слышать
сквозь свои несовершенно устроенные уши,
настроенные на внутренние заблуждения,
скрученные антеннами внутрь.

Безумно важно не просто Быть, —
но осознавать существование.
Просто быть — это лежать камнем
на пути человечества.
… показать весь текст …

Открываю глаза на диване, обитом материалом, имитирующим натуральную кожу.
Пью кофе с ароматом карамели за столом, отделанным под мрамор.
Отправляюсь на работу изображать вежливость и расположение к людям, едва сдерживающим раздражение.
Вечером — прогулка с мужем, упорно стремящимся поддержать имидж успешной и счастливой семьи в глазах чужих, неинтересных мне людей.
Затем, разумеется, просмотр телепередач, где неестественно жестикулирующие экспрессивные люди изображают чувства и переживания, не понятные и не свойственные им самим.
Чувства, идентичные натуральным, но состоящие из ароматизаторов и красителей.
Семьи, держащиеся на сомнительного качества консервантах.
Искусственно выращенные интересы и увлечения.
Вкусы в одежде, мебели и выборе друзей, диктуемые внешними усилителями вкуса.
Нас переливают, пересыпают и смешивают, наблюдая за реакцией.
Многие взрываются, загораются, испаряются. Но это ничего — ведь на их место всегда найдутся другие, идентичные натуральным.

Для сказки, пожалуй, слегка мрачноватое небо,
Безлунно, невнятно и серо. А что до принцессы, —
Так ей и положено быть неуклюже-нелепой,
Чуть-чуть невротичной, но внешне вполне интересной.

Наш Сказочник, видимо, был мизантроп и мошенник,
Бросал персонажи, как ведьма в кипящее зелье.
И принц — по утрам на работу с жестоким похмельем.
А что до принцессы — из царства кастрюля и веник.

Я хочу придумывать тебя
по чёрточке,
глядя в глаза твои
упрямо и нагло.
проникать в твой мозг,
как сквозняк сквозь форточку,
на ходу создавая то,
что мне надо.

Ты бы стал моей лучшей
ментальной статуей,
бабочкой-душой
с крыльями из эфира.
Но в зрачки ныряя твои,
… показать весь текст …

Вот она, снова выпрыгивает из торта
не вовремя и не там.
Туда, где её не ждали, и в общем-то
обходились прекрасно
без голых душ.
Она забывает о том, что
не научена танцевать
ни под чужую дудку,
ни под чей-то хохот.
Эта дурочка убеждена,
что жизнь после торта
есть.

Без голоса его рук,
без запаха его слов,
без шороха его век,
мой новый мир жалок.

В виске бесконечный стук
бездумно несущих кровь
зудящих, жужжащих вен
с отравленным жалом.

Проклятый закон разлук,
спасающий от грехов!
Как воздух, губами снег
хватаю устало.
… показать весь текст …

Я на его полке — надбитым кувшином,
надкушенным яблоком,
запертым в клетке немым зябликом…
Вряд ли для красоты
хранят такие скучные вещи,
бессмысленные вещи.

Он уже не ждёт из кувшина джинна,
а ждёт, просыпаясь, завтрака,
довольно щурясь от запаха
моей издохшей мечты.

Тень твоего солнца
превращает мой мир в лёд.
В тот же миг тают
от жарких твоих лучей
пустынные земли.

Опять забываюсь… И снова бросаюсь в улей
Без нарукавников, маски, и прочих защитных штук.

Перекликаясь, пчёлы летят, как пули.
Снова в повязках, и ни души вокруг.

Вот, в лабиринты кто-то другой врисован.
Скомкан, поломан, перекрещён, распят.

Врали открыто: «Чувствуй себя как дома!»
Звали за мёдом, а наливают — яд.

Любимый!
Ты — как пчела, —
в тебе
жало и мёд,
яд и нектар,
боль
и наслаждение.

Присядь
на мои цветы,
собери всё,
что сможешь.
Только…
осторожнее с жалом-
… показать весь текст …

Сто лет назад
Я бы рвалась на части
За идеал, за истину и честь.
Из баррикад
Взывала к битве с властью,
Расправив флаг
С кровавым словом «месть».

Сто тысяч рук
С моей бы бились рядом,
Меняя жизнь на смутный идеал.
Не потому,
Что верили: так надо,
А потому,
… показать весь текст …

Я иногда читаю надписи на асфальте.
Я иногда в них верю, как в неизбежный рок.
(ветер, преград не зная, рвёт облака и платье)
Кто-то писал: Потери не возмещает Бог.

Я ведь сама о стены стёрла мелки от скуки.
И начертила: Сильным не закрывают свет.
Сильным не режут вены, сильным не крутят руки.
Я не встречала сильных. Их на планете нет.

Я не была собою в лучшие из моментов.
Я не была с тобою в худшие из времён.
(ветер играет с хвоей, ветви стреножив лентой)
Я не боролась стоя с памятью и огнём.
… показать весь текст …

Из-за стенки слышно стоны — это праздник у гормонов.

Пополам, и в конверт,
По старинке, письмом.
После слова «Привет»
Беглый текст ни о чем.

Можно даже пером,
С ароматом духов,
Чтоб, склоняясь над листом,
Слышал искренность слов.

Кое-где — над строкой
Вдруг взлетевшая ввысь
Под любимой рукой
Увлеченная мысль…
… показать весь текст …

Куклы умеют дышать, но тихонько-тихонько.
Мастер впаял им под волосы мысль о грехе.
Рот и глаза прорисованы ровно настолько,
чтоб соглашаться и вторить любой чепухе.

Согнутый локоть — уже приглашение к бунту.
Хриплое «Мама!» утонет в волне «I lоvе you!»
Видишь, пластмассовый глаз голубеет из грунта?
Это до нас кто-то тоже не верил вранью.

Чем ты умнее, тем менее нуждаешься в приправах.

Ты обнимаешь меня так нежно,
Что я боюсь колебаний воздуха,
Боюсь движений и слов небрежных,
Боюсь бездействия, сна и отдыха.

Наш мир вмещается в круг объятий,
И мы, в тепле растворяясь полностью,
Теряем личности и характер
В телами созданной невесомости.

…Но чей-то выдох, как злое эхо,
Ворвётся в круг, разорвав гармонию,
Разделит мир на земные «эго»:
И мы друг друга — опять не поняли.

Разве возможно
обмануть верящего
в то, что ты — лжец?