Лариса Шахбазян

Ты обронил при встрече невзначай,
Что быть такой холодной мне негоже…
Я для тебя сейчас — остывший чай!
Прости, но люди остывают тоже.

И вот уже не бьёт при встрече ток,
Во взгляде нет того, былого, пыла…
Да, я была когда-то — кипяток,
Но ты не грел его, и я остыла.

Не упрекаю, что случилось так —
Нелепо говорить о катастрофе,
И безразличен абсолютно факт,
Что чай ты разлюбил, и любишь кофе…

Ворона белая… Дивятся чёрные —
На птицу странную смотреть смешно…
Они-то мудрые, они — учёные:
Иначе выглядеть для них грешно!
И, громко каркая, как оголтелые,
Готовы бедную со света сжить!
Глядит растерянно ворона белая —
Чем милость родичей ей заслужить?
Жестокость в обществе почти такая же,
И нетерпимостью они родня:
Вороны чёрные — как люди… Правда же?
Иным — с рождения нужна броня…

Заштопанная миллионы раз,
Моя душа, как драная рогожа,
Опять ползёт под пальцами сейчас,
А я латать её пытаюсь, Боже,
И понимаю, некуда уже
На эту рвань мне положить заплатку…
Всё потому, что нравится в душе
Другим копаться, изорвав украдкой…

Взгляд у него — наивного ребёнка,
Хоть голова давным-давно седа…
Жил вопреки всему — вердикту «онко»,
Врачей прогнозам… В дом вошла беда,
И пару лет, как в нём обосновалась…
Жена хлопочет, плача втихаря…
От всех людей их отличает малость —
Живут, за каждый день благодаря!
Прощался он с женой неоднократно,
Наказы детям раздавал порой,
Но как-то раз — почти невероятно! -
Жена с аптеки не пришла домой…
Чуть позже новость поразила громом:
Машиной сбита… Насмерть. Как же быть?
… показать весь текст …

Не верю тем, кто говорит, что унижает жалость…
Быть может миновали их проблемы и печали?
Ведь часто нужно от других порой всего лишь малость —
Когда душа твоя скулит, чтоб просто приласкали.
Не каждый слышит чью-то боль и не стремится даже.
Всё толще панцирь у людей становится, и всё же —
Пускай не купишь ни тепла, ни доброты в продаже,
Лишь чью-то жалость ощутив, порою выжить можешь.

Мы — матери! Господь не зря создал
Великую таинственную должность,
И каждой маме Он при жизни дал
Молиться за детей своих возможность!

И я не сомневаюсь ни на миг,
Когда нас в небеса проводят дети,
Молиться мамы за детей своих,
От бед спасая, смогут после смерти!

Прекрасный возраст — сорок лет!
Грустить и плакать? Не дождётесь!
Ровесница ушла в декрет,
Я стала бабкой… Зря смеётесь!

У женщин после сорока
Глаза горят особым светом —
Он как магнит для мужика…
Всё чаще убеждаюсь в этом!

Как незаметно молодость ушла —
Так по английски, не прощаясь, тихо…
Смотреть стараюсь реже в зеркала:
Не потому, конечно, что трусиха,
Не потому, что жаль ушедших лет —
Быть не мечтала вечно молодицей,
Но грустно видеть глаз угасших свет,
И понимать, что он не возвратится…

На встречах с одноклассниками как?
Сначала надо выглядеть шикарно,
И скрыть от всех, что на душе — бардак,
И то, что жизнь твоя течёт бездарно.

Потом, спустя года — а что скрывать? -
Уже мечтаем об элементарном:
Хотелось бы, чтобы смогли узнать…
Уже плевать, что жизнь прошла бездарно!

И, наконец, скажу без всякой лжи,
Наступит день, когда на встрече вашей
Вы рады тем, кто на сегодня жив,
А внешний вид уже совсем не важен!

Для крох смертельно изобилье
Любви родительской порой…
Детишкам не рубите крылья —
Позвольте быть самим собой!
Не теми, кем, по вашим планам,
Должны с годами стать поздней…
Не зарастут от крыльев раны
До самой смерти у детей!