Аль Квотион

Я привык быть один в это долгое стылое время,
Разливать по стаканам скулящую тихо метель,
Рисовать на стекле и стирать осторожно поэмы,
Падать грудью на снег, падать телом в пустую постель.
Я привык быть один, разбавлять горький чай сигаретой.
Молча видеть в окне зарождение новой зимы.
Быть погасшей звездой, поглощаемой мраком планетой,
Опираясь на осень, мне данную богом взаймы.
Я привык быть один. Не грустить о случайных потерях,
Провожать взглядом солнце, обнявшее весь горизонт,
Жить размеренным шагом, пустым обещаньям не веря,
И скрываться от неба, раскрыв разукрашенный зонт.
Я привык быть один. Это просто. Почти что не больно.
Это где-то в душе легкой тенью легла седина.
… показать весь текст …

В целом ничего не изменилось, ты все так же просыпаешься по утрам, моешься, завариваешь кофе, лениво морщишься на свой завтрак, только с каждым днем за окном все темнее. И однажды твой будильник прозвонит, ты откроешь глаза и увидишь ночь. А это значит, что в твоем городе осень. Осень похожа на изысканную болезнь: сначала ты любуешься сменой красок, хватаешь руками листопады, но уже начинаешь чувствовать какую-то нездешнюю печаль и проникаешься тихой нежностью к любимым и близким, словно бы завтра с последним упавшим на асфальт листом исчезнут и они. Но время идет, и поэтический флер спадает с осени, обнажая голые деревья, холод, пасмурную слякоть и первый мокрый снег, быстро превращающийся в грязь под ногами простуженных людей с угрюмыми лицами. Но чем холоднее и беспросветнее темнота снаружи, тем уютнее кажется теплый мягкий свет в квартире. И если лето — это время убегать из дома навстречу несбыточным мечтам подростковой души, то поздняя осень — время возвращаться.

Вчера ко мне приходило счастье. Оно было одето в осень, пахло разноцветными дождями и почему-то пряниками. Мы сидели на кухне, я угощал его горячим чаем, а оно добавляло в него насушенные за август лепестки опавших звезд. Потом оно село на мой подоконник и тихонько запело. Оно пело о светлом, о важном, о любимом, о том, что молча живет в сердце и делает руки нежными, оно пело о смехе людей, похожим на теплый янтарный ветер, и о мокрых от росы тропинках, ведущих к тому, что ищет каждый. Мы провели вместе всю ночь. Оно то птицей садилось на плечо, то мягкой урчащей кошкой лежало на коленях. А утром оно засобиралось в путь, извинялось, обещало обязательно заглядывать на огонек, потом накинуло на тонкие плечики радугу, раскрашенную детскими снами, и вылетело за дверь. Но я рад, потому что обернувшись на пороге, оно сказало мне, что идет к тебе. Встречай.

Обида — чувство горькое на вкус, холодно-угловатое наощупь. И не прорежет твой неровный пульс обиды удушающую толщу. Оставь. Ты закури и стань стеной, создай себя бетоном и гранитом. Опять любовь закончится войной и небо станет первое — убитым. Зачем срываться в крик, срываться в боль и осыпаться под ноги молчаньем? Зачем опять делить себя на ноль в попытке бесполезного прощанья? Оставь. Смотри пронзительно в окно. Оставь. Не выдавай движеньем дрожи. Пусть горько, пусть в душе твоей темно, а свет вовне, на расстояньи кожи. Оставь-молчи. Оставь-не вспоминай. Рождайся вновь на выдохе и вдохе…

И расскажи про счастье и про рай в написанном тобою эпилоге.

А если я скажу, что я любил?
Так честно, так доверчиво открыто,
Что не хватало ни чернил, ни сил,
Ни красок, ни отчаянных улыбок,
Сказать — тебе. Отдать. Все, все — к ногам.
И сердце, и огни ночного неба,
И музыку, и шепот по ночам,
И жар огня, и ломкий холод снега…
Все, все — тебе. Твоим глазам, рукам,
Душе твоей, исписанной стихами…
Я так любил, так верил я словам,
Звучащим сквозь судьбу мою годами.
Я так любил, вкричав тебя в себя,
Я так любил, уверенно и вольно,
… показать весь текст …

Осень — в душе человека. Как и весна, лето, любой сезон, любая погода. И поэтому одному и тому же дождю кто-то с радостью и предчувствием очищения подставит свои руки, а другой тяжело нахмурится и потуже затянет плащ. Погода в нас, а дождь… он просто идёт. Лишённый оттенков добра и зла, радости и печали, дождь идёт сквозь наши души.

Она не писала стихи,
Не верила книгам и песням:
Лирической всей чепухи
Не нужно для смерти и секса.
Она не любила котов
И, впрочем, людей не любила:
Смотрела в провалы их ртов
И видела только могилу.
Она не любила Москву,
Она не любила природу:
Бросала окурок в траву
И шла не спеша на работу.
Садилась на маленький стул
И чиркала, чиркала спичкой,
… показать весь текст …

Я бы мог остаться один, не ждать, не любить, не искать, не надеяться. Построить маленький дом на краю мира, зажечь камин, налить вина, открыть книгу. Я бы мог не думать о тебе, если бы. Черт возьми, если бы в твоем смехе не проступал этот атональный джаз, если бы не прицельный свет близкой до боли души, бьющий по глазам, если бы не тело твое, закаленное звездопадом и степной травой, если бы не нежность эта, мурашками по спине… Я мог бы. Но вместо этого мы будем танцевать. Включи музыку, ту самую…
… показать весь текст …

Уравнивая радость встречи
Соленым привкусом потерь,
Мы старше на день каждый вечер,
Но утром — на рассвет мудрей.
В сплетенье слов, улыбок, взглядов
Бросая свое сердце вновь,
Мы все же остаемся рядом
На теле пыльных городов.
И я ловлю твои оттенки,
Размытым воздухом дыша.
Жизнь не нуждается в оценке,
Тогда, когда болит душа.
И рассыпая снова строки,
И молча глядя в облака,
… показать весь текст …

Несите солнце на своих плечах,
Усталых, но пока еще крылатых,
Несите тем, кто верил, но молчал,
И тем, в обносках крика грязно-мятых.
Несите солнце, если на пути
Дожди стеной, любовь уже не греет,
Душа поет на выдохе «прости»
Но список тех, кого любил, редеет.
Когда вся жизнь продажна до нутра
И в зеркале встречаешь незнакомца,
Когда так одиноки вечера,
Вы все-таки несите свое солнце…
15 дек в 4:15