Аль Квотион

Меня простят лишь ангел и бумага
В своем стиховном сне берестяном.
Я выждался насквозь весь этот август,
Я выдался сегодня октябрем.
Мне можно им рассказывать о том, что
Проходят дни — прохожими в пальто.
И мы одни, и так смиренно тошно
Вдруг говорить: любимая, не то!
Не то — в судьбе, на сердце, на поминках,
Не в то я небо верил в десять лет,
Не тот я мир так не желал покинуть,
Не в тот я мир стремился повзрослеть.
И мы — не т. е. Сутулые и хриплые,
Как слово осени — мы пишемся навзрыд.
… показать весь текст …

Ты набрасываешь на плечи плотную куртку,
чтобы спастись от чужих прикосновений,
спастись от чужих взглядов,
спастись от чужих людей,
нагревающих телами воздух любого помещения.
Такого помещения, как квартира
или как офис,
или как город,
или как планета в синей безрукавке,
с которой уже не сбежать.
Ты говоришь, что пустота в тебе беспредельна.
Ты танцуешь на людной площади,
танцуешь под общую музыку,
танцуешь вместе со всеми,
… показать весь текст …

Вне зоны. Пикает рассудок каким-то монотонным звуком,
и провода под толстой шкурой опять запутались в комок.
Вне зоны. Голос электронный, хоть ты сегодня убаюкай
меня, хохочущего дико и бледного до самых щек.
Вне зоны. Не звони, не надо. Я выбросил вчера мобильник:
разжал ладонь. Он долго падал. Так долго падал в грязный снег,
что снег в ногах успел растаять и оголить вокруг могилы,
что постарели в небе птицы и кончился спешащий век.
Вне зоны. Значит, есть та зона, которой я всегда очерчен,
в которой мне невыносима горячечность твоих страстей.
Вне зоны едкого рассудка, вне зоны чувственного смерча.
Вне зоны связи наша близость. Вне зоны. Не грусти о ней,
а лучше пей и пой, как раньше, срывай другие телефоны,
как вырванные вместе с корнем цветы — и волоки домой,
… показать весь текст …

Жизнь иногда бьет так, что ни слез, ни зги,
Ни подышать — лишь кашлять,
Ни спеть — лишь матом.
Только стихи остаются, одни стихи —
Вырваны из души, а не с неба взяты.
Только блокнот,
Пахнет кровью он и смолой,
Только слова,
Не писать их — на горле резать.
Вместо спокойствия в строках — за упокой,
Вместо молитвы светлой — до черни мерзость.
Век мой стоит в дверях.
Он угрюм, небрит.
Я у него в ногах как щенок канючу.
… показать весь текст …

Они боятся сделать шаг — показать лицо, позвонить и сказать правду, встретиться за чашечкой горячего ароматного напитка и поговорить. Да просто быть собой, не той смешной марионеткой образа с мышлением поисковой программы и безвкусно идеальной красотой аватарок, а просто человеком, не больше, но и не меньше. Они скребут изнутри панцирь иллюзорного одиночества и ждут того, кто сделает шаг за них, занимая свой досуг поиском все новых и новых самооправданий бездействию. Они боятся сделать шаг, пото…
… показать весь текст …

По нотной грамоте жилья рассыпал ангел до-ми-соль.
Так появились в мире мы — наги как звук, черны как смоль.
Так зародились в нас слова, так зародились в нас стихи,
Так начались от нас следы по клавишам до-ре, фа-си,
Я все смотрю в твои глаза — в них белый лес, в них Бах, в них Лист,
Я все пытаюсь спеть тебя как неумелый вокалист,
И, путаясь в твоих руках, ищу в поэзии ответ:
«А есть ли между нами грань? А есть ли грани там, где свет?»
Смешались ноты, не понять до-ре ли ты, фа-ми ли я,
Но мы — одна симфония,
Семья с одной фамилией.

За окнами осень все краше, но строже,
И в эту холодную светлую пору
Что сможет унять, что согреть тебя сможет,
Что станет спасеньем, что станет опорой?
Ну, разве что вечером теплая ванна.
Пусть капли воды на бледнеющей коже
Напомнят про лето, про шум океана,
До смеха, до слов, до томительной дрожи.
Ну, разве что терпкий горячий напиток.
От чая до кофе, в руке сигарета,
Приправить корицей, добавить улыбок,
Чуть-чуть звездопада, немного рассвета.
Ну, разве что бабушкин вязанный свитер,
Уютный, как мама, как запахи дома,
… показать весь текст …

В других людях мы видим себя. И кроме себя не способны увидеть ничего. Это не плохо и не хорошо, это гармонично.

Разметалась прическа — рассвет наизнанку,
И наряды — небрежность и птичий базар:
То ли осень тебя одевает в цыганку,
То ли просто от жара рябит в глазах.
Погадай мне на алых летающих листьях,
Я поверю, как иноки верят в кресты,
Если бывшая прежде Мадонною Литта
В октябре обретает иные черты.
И снимая чулки, раздевает природу,
Будто это природа — ее зеркала.
Как порочна ты в красном… И капельки меда —
Это капельки пота на наших телах.
Мы царим в пустоте, ощущая по письмам
Перекаты страстей, безнадежно мирских.
… показать весь текст …

Пока не проснулась фея, пока сказки теплыми котятами спят в ящике стола,
пока курит на ступеньках усталый бледный гример, а декорации хаотичной грудой стоят в углу,
впитывая пыль… Пока никто не ждет, никто не просит, никто не хочет нас на стареньких подмостках сцены, давай поговорим.
О погоде, о начавшихся дождях, о приближении вечера, о последних новостях, о прочитанных книгах и посмотренном кино.
Давай обсудим выходные, что они обязательно будут солнечными, и мы поедем на дачу,
и я найду…
… показать весь текст …

Я немного устал,
Я уснул в своем теле душой,
Я немного озяб,
Я совсем незаметно потерян…
Незнакомец, который прочтет — позови за собой,
Расскажи мне дома, где лучистое солнце за дверью.
Расскажи мне сиреневый свод над улыбкой морей,
Расскажи мне, как дети бегут тихим смехом за мамой.
Незнакомец, который придет, я застыл в янтаре,
Я забыл свое имя,
Забыл себя в ворохе хлама —
Так ненужные вещи ласкают задумчиво пыль,
Так недужные письма недружно блуждают по свету,
Вдруг мелькая бумажным журавликом в волнах толпы,
… показать весь текст …

Дыши, родимая, дыши!
Ах, как ты обжигаешь вздохом,
как ты целуешь — до души!
Как превращаешься в злой хохот,
когда уже дрожит канат,
натянутый над самой бездной,
и мы на нем танцуем ад,
танцуем рай,
танцуем нежность!
Дыши, пляши!
Как коротка
такая жизнь, но как раздета!
Во мне рождается строка,
в тебе — взрываются кометы!
… показать весь текст …

Не апрель, а что-то больше для тебя теперь царит,
не апрель — свирель земная, тонкая у божьих губ,
и так дышится, как будто даже сладкий воздух зрим,
и так верится, что сердце замирает на бегу.
светодень, смотри, все дольше: это музыка в душе,
это шалость и апрелесть — прелесть ветра в волосах,
это сказанное: «боже! я сошел с ума… уже»,
и еще внутри такое, что уже не написать
ни рифмованно, ни прозой. Это легкость — взмах рукой,
и нащупаешь все небо — как оно оголено!
Как оно фатой невесты размахнулось широко,
невозможной, непреложной, невесомо-голубой.
Так взлетай и празднуй свадьбу, видишь, гости собрались:
распустившиеся почки, хулиганские ручьи,
… показать весь текст …

Все просто. Я влюблюсь в тебя опять
Наотмашь, помня всей открытой кожей
Твой теплый, устремленный в небо взгляд,
В прицеле боли, делавшийся строже.

Все просто. Расстояние тепла
Не больше расстояния дыханья.
И выгорает холодность дотла
От близости такого расстоянья.

Все просто. Это память о беде
Становится иной в твоих ладонях,
Души моей, забытой в сентябре,
Ломая все возможные пароли.
… показать весь текст …

Я умер здесь. В саду своем отцветшем,
Когда гуляла осень по нему
С каким-то рыжем сумасбродным бешенством,
С прозрачным взглядом, обращенным в хмурь.
И имя ей — твое земное имя:
Я узнавал знакомые черты,
Все ту же гибкость льдисто-одержимую.
Я удивлялся: осень — это ты?
Как может быть, что смертная девчонка
Предстала вдруг бессмертием поры?
А дождь летел в распахнутые окна —
Как будто падал с облака в обрыв.
И ты жила — во всем огромном свете
Так широко — как ветер над водой.
… показать весь текст …

А давай по старинке —
танцевать под сурдинку
и писать пасторальки
на просторе лугов,
где в любой из дождинок
небо выгнуло спину,
где ты светло-ранимая,
где ты духом — любовь.
Потому что так хочется,
потому что до хохота
беспардонно счастливого
есть тропа по траве —
и бежит она почерком
до святого источника,
… показать весь текст …

Милая девушка, сегодня я хотел бы сказать о том, как идет тебе это юное солнце за спиной и свежая охапка весеннего неба. Я хотел бы рассказать неуловимое твое родство с набирающим силу разноголосьем мартовских птиц. О том, как это важно и правильно, когда руки твои в цветах. О том, как это значимо, когда в сердце твоем радость. Милая моя девушка, однажды именно ты научила меня стряхивать с плеча снег, так пусть раз за разом именно ты оказываешься в невесомых объятиях расправившихся крыльев. И в верных, теплых объятиях моих рук. Родная моя, самая нужная, я прошу лишь об одном — будь. И в твой праздник я дарю тебе лишь одно, но это все, что есть у меня. Я дарю тебе себя — в цветах, письмах, песнях, стихах, улыбках, поцелуях, прогулках, неизменных возвращениях к твоему очагу, во всех долгих годах жизни, которые мне не нужны без тебя. С любовью. Твой мужчина.

Будьте здоровы! Нет-нет, не подумайте,
я не ослышался, вы не чихали.
Просто бывает, особенно утром —
хочется света.
Хоть самую малость.
Хочется — к людям.
И каждому встречному:
счастливы будьте, будьте здоровы,
будьте огромными звездами в млечном
и очагом у домашнего крова.
Хочется выйти без куртки на улицу,
малым признанием, малой заботой —
каждому, каждому: смейтесь, целуйтесь,
будьте весенними, будьте субботними,
… показать весь текст …

Остаешься как будто один,
Закрываешь глаза в потолок.
Этот вечер почти лебедин —
Белым криком струится у ног.
А вчера ты закрыл свою дверь,
Не жалея уже ни о чем.
Ты как будто один, но сквозь щель
Пахнет жизнью и пахнет жильем.
Да один ли? До света охоч,
К тебе мрак прислонился плечом.
Слышишь? В дверь твою просится
ночь
С человеческим бледным лицом.

Одна.
Как небо без границ,
Одна — тишайшая и вещая.
Так в череде минутных лиц
Ты снишься мне в любой из женщин.
И ничего нет на земле,
Что может попирать то чувство,
Когда все сущее во мне —
Одна, высокая и устная.
Такая грустная, как снег
Еще не тронутый следами.
Забытый кем-то человек,
Разбитый где-то за холмами.
Одна.
… показать весь текст …