Арчет

У каждого мандарина под шкуркой маленький Новый год.

Никто не верил в единорогов. Они вымерли.
Никто не верил в драконов. Они вымерли.
Не верите в любовь? Дружбу?
В себя?
Передавайте привет единорогам, придурки.

Здравствуй, Алиса. Пишу тебе из апреля.
Мои соседи — большие фанаты дрели.
Вчера почитал газету… Они смотрели
почти минуту. И стали намного тише.
По телеку все орут о большом, высоком.
Слушал о нас. Давился кофейным соком.
Пулю загнать бы, прямо туда, в висок им…
Я, к несчастью, очень от них завишу.

Тут я не делаю шляп, — их уже не носят.
Тут я не сумасшедший, а просто осень.
Не пью никакого чая. Сплошное prozit.
Садовая соня в сахарнице живёт.
Прочие наши как-то поразбежались.
… показать весь текст …

Оставьте ёжика в покое! Оставьте ёжику покой.
Не троньте ёжика рукою, не троньте ёжика ногой.
Оставьте ёжика в покое, вы не найдете общих тем.
Оставьте ёжика в покое, оставьте ёжика совсем.
Оставьте ёжика в покое, он слишком много видел зла.
И слишком, слишком много боли его душа перенесла!
Оставьте ёжика в покое.
И, если очень повезёт, — он вас запомнит.
И из боя кусочек мяса принесет.

Спите с теми, кто снится.
Целуйте, закрыв глаза.
Почаще меняйте лица,
Страницы и адреса.
По лестнице — прямо в Небо.
Под песни колоколов,
Насвистывая нелепо,
Пиная болиголов,
Отстукивая по вене,
Вселенную волоча,
Отталкивая ступени
Из желтого кирпича —
Несите на небо звезды.
Танцуйте на берегу.
… показать весь текст …

Где-то в стране жаркой, Аравии,
каком-нибудь Йемене,
— или холодной,
где девушки в шарфах
вне зависимости от времени,

где крику и плачу
и возгласу
вторит стократно эхо,
— где-нибудь там находится
Великая Стена Смеха.

Очень высокой кажется,
хотя и стоит в яме.
… показать весь текст …

А я стихи тебе писала,
А ты меня не замечал,
Теперь гори в аду, скотина,
И даже рифмы тут не будет.

У меня есть четыре клубничины. Я очень люблю клубнику.

Если бы я хотел тебя трахнуть, я бы отдал тебе их все.
Если бы я был влюблен, — отдал бы три, чтобы произвести впечатление.
Если бы я считал тебя другом, то поделился бы двумя, и это было бы поровну.
И, наконец, из вежливости я отдал бы только одну клубничину.

Но я с тобой не дружу, не влюблен, не хочу тебя трахнуть и не вижу
смысла в особой вежливости. Я просто тебя люблю. И клубнику. Поэтому — бери, сколько сама захочешь.

Когда до осени было пятнадцать дней, доктора сказали, — завтра лучше не будет.
Надо быть уверенней и сильней… Носили воду в пластиковой посуде,
а она скулила, как плачут псы взаперти, обо всем своем небудущем сожалея,
и плита, давно лежащая на груди, становилась тяжелее. И тяжелее.

У нее был мальчик, выпавший с первым снегом. Но потом вернулся. Выдержал до конца.
И пока ходила — радовался побегам, а потом стирал слезинки с ее лица.
И она — с его. Потом отключились руки.
Он уехал к ней и с ней р…
… показать весь текст …

почему встречаем с поезда рано-рано? для чего провожаем, бегая по перрону? нам за это обещали по две нирваны? Или крылышки и шелковые шевроны?
потому что речь совсем не о часе смеха. не о ночи криков или годах дистанций.

мы ведем на вокзалы тех, с кем можно уехать.
а встречаем с вокзала тех, с кем можно остаться.

у нас с тобой обязательно будет Лето.
настоящее лето, теплое, как рука.
знаю — у счастья сиреневые билеты.
все силуэты уходят на берег Леты,
эти снега превращаются в облака.

у нас обязательно будет большое Море.
такое большое, только оно кругом.
будет много историй. они в миноре,
мажоре, соре, задоре, вздоре,
разговоре с волнами, чайками и песком.

и Северное сияние. и рассветы.
и радуга среди загорелой тьмы.
… показать весь текст …

кесарю — кесарево, богу-богово. я у бога прошу немногого.
я у бога прошу немалого — света белого, небывалого. сигарет, лучше ментоловых. каплю мозга в чужие головы. карту рек на моей ладони. откровения на картоне.

Бог, храни меня на кордоне, на пороге и на границе.
я неплохо умею сниться:
дай любимую, веру, друга,
вместе выпутаться из круга,
между ними стоять, любя, — и молиться
не за себя.

И когда ты уже решил уходить без боя,
и когда опустил оружие до земли,
и когда упал — появились такие двое,
и один был белый, как содранные обои,
а второй — эскизом Дьявола из Дали.

И который белый тебя уцепил за локоть,
А который черный поправил тебе рюкзак.
А над горизонтом вставала копоть.
Ты просил тебя заштопать… Или не трогать…
Они заглянули в больные твои глаза.

И один говорит. (Второй иногда кивает,
серебристые крылья задумчиво теребя):
… показать весь текст …

Кровит губа. Откушена защитная короста.
Я маленького возраста и маленького роста.
Я странная, как будто убежавшая невеста.
И в сердце для меня не надо очень много места…

Я маленького возраста и маленького веса.
Забывшая про рыцаря нетрезвая принцесса.
Забившая дракона проводной клавиатурой.
Сама себя считающая маленькой. И дурой.

Я девочка. Пожалуйста, не будьте очень строги.
Я знаю, где тепло.
Куда ушли единороги.
Целуюсь, как целуются, когда назавтра бой.
… показать весь текст …

Замечательное качество ноября:
все, что делается, делается зазря.
И заря откроет, как мы сидим, куря,
словно мухи, наблюдая из янтаря
за теченьем суток.

Это осень. Наше время для мелочей.
Время свитера, потертого на плече
от ремня, серьезных глупостей и в т. ч.
это время не любить ничего вообще.
Это промежуток.

Чтобы выжить, надо или мурчать котом,
или у Лукойе прятаться под зонтом,
… показать весь текст …

Когда я гуляю по белому свету,
Мне часто
встречаются
люди-предметы:
Человек-бумажка,
человек-икона,
Человек-придаток
-своего-телефона…

Как странно,
что в наш
человечный век
Так редко
бывает
… показать весь текст …

Прости его. Не думая о прошлом. Да, все избито, глупо и банально,
и сложно, и немного даже пошло. Но, слушай, я не лезу в вашу спальню,
я просто говорю — прости. И точка. Держись до истощения и дрожи, прости ему все то, что знаешь точно, и то, о чем догадывалась — тоже.

Прости его уходы и отмазки. Как он разбил лицо себе об стену, и все его чудовищные маски: отчаянье, безмолвие, измена, молчание, немое огорченье, сомнение, презрение и кома. Прости ему ужимки эти щеньи. Он просто не умеет по-д…
… показать весь текст …

Мы переспали случайно. Утром
я что-то делал, звонил кому-то,
и, может быть, через полчаса — заметил её глаза.
Густые волосы, высокие скулы.
Вспомнил, как мы вчера уснули.
Что было до этого, прошлым вечером.
Как долго мы болтали о вечном.

Коса. И мини. Длинные ноги.
Манера все время шутить о боге,
футболка в обтяжку, молния сзади,
стоны на автостраде.

— Наверно, хватит уже шататься.
… показать весь текст …

он сорвался в Питер с одной сигаретой.
и разорванным рюкзаком,
на котором скрепками выбил кредо:
the road is our home!
он подумал: «эти тупые танцы.
все по кругу. и всюду врут.
только объявления новых станций
— это искренне. мой маршрут».

он писал тогда: «я устал до рвоты
от рутины и болтовни.
социальные сети, смартфоны, фото…
вот… друзья. ну и где они?»
… показать весь текст …

Ты пьешь холодную кока-колу, пуская трубочкой пузыри.
А завтра снова переться в школу. Еще уроки часа на три.
Мешок одежды на физкультуру, — и старшеклассницы в стиле «ню»…
Ты, в общем, любишь литературу. Литературу, не болтовню.

Садиться снова за эту парту — как будто чайка на провода.
И если всё нанести на карту, то ты на ней — иногда вода.
Тебя немного, на небе тучи, кругом пустыня и мудаки.
Теки. Стихи наизусть заучивай. Все переменится. Дотеки.

Ты знаешь, я побывал воронами всех ц…
… показать весь текст …