Милое дело: вроде бы август, а пахнет вовсю сентябрём.
Знаешь, лично меня это несоответствие сбивает с толку.
Хотелось тепла ещё утром, а разогрело лишь только к трём.
Натянув шерстяную кофту прямо на летнюю футболку,
Я, зевая, плетусь по городу, передёргиваясь от ветра зябко, —
Мимо уличных лотков, заваленных арбузами и виноградом.
Арбузы не греют. Лучше чашку горячего кофе (а к нему — шоколадку)
В том кафе на углу. В принципе это как раз то, что сейчас мне надо.
Да, август — необъяснимый месяц. Очень и очень странный:
Похож на осеннее лето, или летнюю осень, быть может.
Эх, умела б, как птица, летать — улетела бы в тёплые страны!
А так — слоняюсь без дела и денег. И без тебя, мой любимый, тоже.
Взмыл бодяк в золотистые дали
Белой стайкой пушащихся «тел».
Мне простые цветы прошептали
Что июль — он почти пролетел…
Зверобой и лопух придорожный
Шелестели печально у ног:
— Лето нам удержать невозможно,
И никто бы такого не смог!
Сколько раз безуспешно гадали,
Отчего же так короток век?
И пока мы ещё не увяли,
Полюбуйся на нас, человек!
Только вьюн, что к обочине жмётся,
За одежды цепляясь края,
Слабая… Слабая… Бог мой, какая ты слабая!
Бродишь по саду, галошами старыми хлябая.
Всё-то не спится тебе, всё о чём-то хлопочется,
Всё -то воркуется, бедной тебе, да лопочется.
Ах ты моя сердобольница, ах ты, прилежница,
Ведь на тебя посмотреть — в чём душа только держится!
Сколько всего ты снесла — никогда не снесла бы я,
Ты моя самая сильная — женщина слабая.
Мне ветер в окна прогудел
О том, что я в потоке дел
Опять так много пропустила:
И что листва сочна, нова,
И что весенняя трава
Уж набрала и цвет, и силу.
Что с каждым утром — всё светлей,
И тёплый дух земли с полей
Витает в воздухе нагретом;
Желтеют ивы у пруда,
Шмели снуют туда-сюда,
Жужжа торжественно при этом.