ЕВРЕЙСКИЕ МГНОВЕНИЯ
О том, что Штирлиц был Черняк,
Я знал, но мне приснился сон,
Что Мюллер — Мор, Штейн — пастор Шлаг,
А Кальтенбруннер — Кацнельсон.

ЛЮБОВЬ
Любовь — отрава и лекарство,
Крепка, как сталь, мягка, как воск:
Один, любя, дарует царство,
Другой, любя, выносит мозг.

БЕГ
Как ни крути, а мысль не отодвинешь —
Бердичев это, Вена иль Париж,
Лишь небесам известно, где твой финиш:
Всего важнее то, как ты бежишь.

О МЕРЗАВЦАХ
Чистую правду — я выскажусь вкратце,
Как ни старайся, не скроешь:
Если тебя ненавидят мерзавцы,
Значит, чего-то ты стоишь!

Уж этот мир не переделать:
Им управляет круглый год
Довольная собою челядь
Лишённых совести господ.

МУСЯ ПИНКЕНЗОН
С дек струились созвучия Баха,
К ним спускался с небес Мендельсон,
Но не ведала скрипочка страха,
Как и юный скрипач Пинкензон.

С детства мама звала его Мусей —
Мамы не было в мире добрей.
В довоенном Советском Союзе
Всё равно было, сван иль еврей.

Он вступил, как и все, в пионеры,
Галстук цвета носил кумача,
Полон был несгибаемой веры
… показать весь текст …