«Плюнь ты на чувства. Нельзя по чувствам жить. Сегодня — солнышко. Завтра — дождичек пошел. Упал, ногу сломал — третье чувство. Жить надо по закону: не „Дай“, а „На“. Привыкли жить навыворот. У нас на голове, если пощупать, образовалось плоское местечко, на котором удобно стоять. Так и живем — вверх ногами. Все, что Богу угодно, презираем. Сильный помоги слабому. У нас — задави. Богатый — отдай. У нас — хапани, да охрану поставь, чтоб не украли. У нас извращенный взгляд на христианство. А это просто. Сколько крови можешь отдать за другого. Потому что написано: „Что сделал одному из малых сих, то ты сделал Мне (Богу)“. Сколько можешь у постели матери просиди, которая одурела от старости и болезней. Вот где приходится умирать каждый день. Как в Чечне: ребятишки стоят, чеку выдернул один придурок, сейчас — взрыв, подполковник, не думая, бросается. Его в куски. Восемь человек живы. Коммунист, некрещеный, никогда в церковь не ходил, о Боге вообще не думал, но он христианин. В рай — ракетой.
А то в храм пришел, поклоны бьет, свечек понаставил. А сердце — пусто. Христианский поступок? Мимо. Хоть обмолись весь, объезди все Афоны, облобызай мощи. Ничего не будет…
Хоть и трудно, стараюсь по закону жить. Из десяти два раза удается. Зажать свой рот окаянный, чтоб не выскочило обидное слово. Не отпихнуть человека. Не перебить. Выслушать.»

Пётр Мамонов

Четыре ступеньки надо пройти — поступок, слово, мысль, чувство. Сначала научимся плохо не поступать, потом — плохо не говорить, потом — плохо не мыслить. И только потом, может быть (а может, и нет), научимся не чувствовать плохо.

Давайте уже будем умными людьми и думать о результате. Зачем завидовать, жечь себе душу? Так себя загнешь, а от себя никуда не спрятаться. Залиться вином? Но похмелье-то все равно будет! Нет, чтобы скрутить себя и выкинуть злобу и зависть из головы к чертям собачьим и сказать: «Господи помоги! Не хочу, не хочу, не хочу этой дряни в себе!» На другой день встал, смотришь: засияло все вокруг. На улице дождь и слякоть, а ты прям весь сияешь. А то кругом солнце и лето, а ты ходишь весь сморщенный. Почему? Потому что кто-то где-то о тебе что-то сказал. Глупость! Давайте уже будем все умными. Вы же умные, ребята. Дураков уже нет. Дураков нет вообще. Так можем этот монолог и озаглавить: «Дураков нет!»

Видеть хорошее, цепляться за него — единственный продуктивный путь. Другой человек может многое делать не так, но в чем-то он обязательно хорош. Вот за эту ниточку и надо тянуть, а на дрянь не обращать внимания. Любовь — это не чувство, а действие. Не надо пылать африканскими чувствами к старухе, уступая ей место в метро. Твой поступок — тоже любовь. Любовь — это вымыть посуду вне очереди.

Насколько мы с Богом, насколько любим, насколько мы друг другу уступаем, прощаем — настолько мы живы. Любовь — это не чувство, а делание добра. В ту меру, в какую мы друг другу пожертвовали, отдали свое — выслушали, услужили, потерпели, поддержали, в ту меру мы Божьи. А если мы всегда правы, жестки, отвергли, не ответили, бросили трубку — это не просто плохо, это дорога к смерти.

Зачем мы живем? Долгие годы я никак не отвечал на этот вопрос — бегал мимо. Был под кайфом, пил, дрался, твердил: «Я главный». А подлинный смысл жизни — любить. Это значит жертвовать, а жертвовать — это отдавать. Схема простейшая.