Как и большинству гуманоидов, мне в нагрузку досталось то, что буддисты называют ум-обезьяна. Мысли перескакивают с ветки на ветку, задерживаясь лишь для того, чтобы почесаться, плюнуть и заверещать.

Брак-сродни операции, когда двоих людей сшивают вместе,
а развод — это ампутация, и на залечивание требуется немало времени.
Чем дольше ты был в браке,
тем сложнее проходит ампутация, тем тяжелее выздороветь.

От отчаянной любви, знаете ли, всегда самые большие трудности.

У меня есть целая банка счастья. Вот она — в моих руках. Каждый день, точнее — под конец дня, на каком-нибудь листочке бумаги я записываю один счастливый момент. И отправляю записку в банку.
И всё. Занимает 30 секунд. Так просто.
Всегда есть что-то, что можно положить в банку. Даже в худшем дне есть мгновение счастья (ну или, по крайней мере, наименее худшее из худшего за весь день). Я писала эти записки о моментах благодарности и радости на похоронах, в больнице, посреди боли, переживая потерю, в самые трудные времена. Это мог быть добрый жест со стороны незнакомца. Кофе из чьих-то рук. Та минута, когда удаётся скинуть туфли после долгого дня в бегах по делам. Вдруг прекратился дождь. Всегда есть проблеск света. Запечатлите его. Бросьте в банку. Сохраните навсегда.

Есть чудное выражение — умение из ничего сделать конфетку. Это искусство приготовить пир из нехитрой снеди, созвать пару друзей и устроить грандиозный праздник. На это способен не только богач, но любой, у кого есть талант быть счастливым.

НИКТО О ВАС НЕ ДУМАЕТ

Давным-давно, в годы полной сомнений молодости, я встретила умную, независимую, талантливую и интересную женщину лет семидесяти пяти, и она поделилась со мной потрясающей житейской мудростью.

Она сказала: «Лет в двадцать — тридцать мы изо всех сил стараемся стать совершенными, потому что нам очень важно, что подумают о нас люди. После пятидесяти, наконец, мы чувствуем себя свободнее, решив, что нам неважно, кто там что о нас думает. Но освободиться полностью не удастся, п…
… показать весь текст …