Фонарь за окном рисует тени на паркете,
А тень моя стала длинней, чем сама я.
Сегодня никто не придет, не спросит о лете,
И это уже не беда, а просто — моя территория.
Я больше не жду ни звонков, ни шагов в коридоре,
Я слышу, как капает время с края стола.
Мы в сговоре с ним: не спорить, не спорить, не спорить…
Я просто устала. И, кажется, всё отдала.
В шкафу- тишина, в нем запах висит незнакомый,
Его я вдохнуть позволяю себе иногда
Мой мир — это комнаты свет, но свет невключенный,
Где я никого не виню — прощания нет и следа.
И ты не ищи меня в шуме ночных переездов
Я вышла из этой игры, не сказав тебе даже «прости».
Я городом стала забытым и канувшим в бездну,
Где осень живет и грусть воздвигает мосты.
Не плачь обо мне. Я не сгину, не стану золой.
Я — ветер, застрявший в сетях паутины на люстре.
Я — просто другая. Я — та, кто осталась собой,
В холодной, но всё-таки честной и бархатной грусти.
Ты помнишь, как больно? Я тоже. Но боль — это дым.
Оставь меня здесь. Я справляюсь. Я просто молчу.
Он тает, и небо становится просто пустым.
Я больше не плачу. Я, кажется, просто… лечу.
© Владимир Кириченко 455, Амалия Сирин Исраилова 501
