Право получать образование на родном языке. На мой взгляд, это одно из важнейших прав человека. Возможно, оно даже важнее права на жизнь. И познал я сию истину, помимо всего прочего, на моём личном опыте. В 1991 году, в возрасте 14 лет, меня увезли из СССР и привезли в Израиль. С ивритом у меня не заладилось с самого начала, иврит мне не даётся. Во всяком случае, я никогда не овладею ивритом в той мере, в коей я владею русским языком. А это означает, что я никогда не смогу в полной мере проявить…
… показать весь текст …

Есть в русском языке такие повороты, в которых, кажется, сама грамматика на миг задумывается.

Вот мы говорим: «памятник ЛенинУ» — и в этом дательном падеже будто звучит жест установления: кому поставлен, в честь кого.

А потом идём и возлагаем цветы: «к памятнику ЛенинА». И здесь уже звучит другая интонация — принадлежность, отсылка, память не как действие, а как результат.

Почему так? Почему сначала — ЛенинУ, а потом — ЛенинА? Это грамматическая тонкость или что-то большее — про способ говорить о человеке, когда он уже в бронзе?

Кто знает — объясните. А кто чувствует — откликнитесь.

У этого Сергея ситуация очень похожа на мою, меня тоже привезли в Израиль в возрасте 14 лет и посягнули на моё право получать образование на родном языке.
Читаю сочинение Сергея и узнаю в нём себя.

Сочинение: Мой голос, который никто не слышит

Меня зовут Сергей, и мне 14 лет. Всю свою жизнь я говорил по-русски: дома, в школе, с друзьями. Но теперь всё изменилось. Мою семью перевели в Израиль, и я оказался в стране, где я не могу говорить на своём языке в школе. Всё вокруг меня на иврите — язык…
… показать весь текст …

Найдите все числа вида 33…3, которые можно представить в виде суммы двух точных квадратов.