Ошибки.
Авторская песня.
И в сумраке неба гроза засверкает, дождём путь размоет, не оставит следа.
Научиться бы жить осторожно, не круша то, что свято в этой жизни другим.
Всё исправить, пока ещё можно, и беречь тех, кем сильно мы так дорожим.
Ошибки — как шрамы на карте души, где путь был не прямой. я рвал паутину тонких связей, не зная, что нить была золотой.
Слова, как искры, летели во тьму — не грели, а жгли, я думал: «Мгновенье пройдёт, отболит», а боль у корней проросла и кричит.
Теперь я у бездны стою на краю, смотрю в отраженье былой суеты. но время не зашьёт разорванной ткани мечты.
Пусть ветер прошепчет моим дорогим: «Простите за холод, за резкий ответ. за то, что не видел, как хрупко тепло, за то, что в огне расточал серебро…»
Пусть не будет напрасных страданий, пусть не будет ненужных и глупых потерь.
В этом мире лживых клятв и обещаний нужно помнить только о главном теперь.
Не позволить, чтоб наши ошибки стали бременем горьким тех, кто нам сердцем мил.
Чтобы горечь печальной улыбки никогда не коснулась того, кто нам искренне любим.
Ошибки — как шрамы на карте души, где путь был не прямой. я рвал паутину тонких связей, не зная, что нить была золотой.
Слова, как искры, летели во тьму — не грели, а жгли, я думал: «Мгновенье пройдёт, отболит», а боль у корней проросла и кричит.
Теперь я у бездны стою на краю, смотрю в отраженье былой суеты. но время не зашьёт разорванной ткани мечты.
Пусть ветер прошепчет моим дорогим: «Простите за холод, за резкий ответ. за то, что не видел, как хрупко тепло, за то, что в огне расточал серебро…»
В тишине растворяется майский ласковый вечер, ночь звёзды яркие зажгла в небесной дали,
И ложатся как горькая тяжесть на наши плечи ошибки, они всё дорогое в своём огне сожгли.
Я разжигал пламя порывистых слов, оно сжигало доверие в огне костров, не знал, что обожгу сердца родных.
Так будем мудрее к своим мыслям, делам, чтобы, кто нам дорог, не платили по нашим счетам.
Ошибки — как шрамы на карте души, где путь был не прямой. я рвал паутину тонких связей, не зная, что нить была золотой.
Слова, как искры, летели во тьму — не грели, а жгли, я думал: «Мгновенье пройдёт, отболит», а боль у корней проросла и кричит.
Теперь я у бездны стою на краю, смотрю в отраженье былой суеты. но время не зашьёт разорванной ткани мечты.
Пусть ветер прошепчет моим дорогим: «Простите за холод, за резкий ответ. за то, что не видел, как хрупко тепло, за то, что в огне расточал серебро…»